nngan (nngan) wrote in rus_vopros,
nngan
nngan
rus_vopros

Categories:

Национал-большевизм

Падение тоталитарной идеологии, сопровождавшее крушение СССР, обнаружило запутанный и противоречивый клубок понятий, претендующих на выражение русской национальной идеи, получивший меткое обозначение "национал-большевизма"....

Основная мысль национал-большевизма формулируется довольно просто. Революция объявляется закономерным явлением русской истории, а большевики — продолжателями державного творчества России, выразителями русской исконной государственной идеи. Поначалу ленинскую РСФСР, а после 1927 года Советский Союз, национал-большевики объявляют новыми формами существования русского национального дома; их русским патриотам должно защищать и поддерживать, поскольку эти государственные образования выражают и защищают интересы русского народа, обеспечивают его существование и процветание.

В различные периоды советской эпохи вышеуказанная стержневая идея иногда видоизменялась и обрастала разнообразными добавлениями, но анализ любой национал-большевицкой концепции обнаруживает присутствие этой основной идеологической схемы.

Отождествление Исторической России с РСФСР/СССР не является исключительным атрибутом национал-большевизма. В этой категорически ложной оценке национал-большевики сходятся в трогательном единении с западными и российскими русофобами (которым необходимо очернить Царскую Россию, и вообще всякое проявление русского национального самосознания, отождествляя русскую державность с СССР и проецируя на нее советские преступления и мерзости), а также с некоторыми нынешними искренними, но наивными патриотами России (на Западе их теперь называют русскими "либерал-националистами"), для которых как Имперская Россия, так и Советский Союз тождественны и потому одинаково неприемлемы — суть выражение единой ущербной державной этики и должны компенсироваться то ли самоупразднением русской государственности через одностороннее "самоограничение" (по сути, историческую капитуляцию) русских, то ли через строительство новой общественной утопии в России, на этот раз "национально-либеральной".

Первые сигналы национал-большевизма заметны уже в 1920 году, в воззвании генерала Брусилова к офицерам и командованию Белых Армий. Знаменитый и талантливый стратег, в то время уже служивший коммунистам, призывал своих бывших коллег и однокашников прекратить сопротивление Коминтерну и встать на защиту РСФСР от поляков, в тот момент решивших военным путем вернуть Польше утраченное при Богдане Хмельницком и царе Алексее Михайловиче обладание колыбелью русской государственности — Малороссией. Призыв генерала Брусилова, возможно не составленный, а только подписанный им лично, был выпущен с одобрения советской власти, сознательно использовавшей призывы к патриотизму в тех случаях, когда это ей было необходимо или выгодно.

Если национал-большевизм брусиловского воззвания был эмбриональным и конъюнктурным, то год спустя, в 1921 году, уже в эмигрантской среде, появилась более развитая мировоззренческая схема, вылившаяся в движение так называемых "сменовеховцев", среди которых выделялся некий Н. В. Устрялов. В этом движении национал-большевизм уже оснащен тем же аппаратом аргументов, что и сегодня, с одной существенной разницей: коммунизм и советчина на русской земле у сменовеховцев представлены как исторически завершенные явления — вероятность крушения советского строя игнорируется полностью, хотя в те годы зыбкость советской власти была очевидна.

Нынешние национал-большевики, после 1991 года, не могут оперировать аргументами неколебимости советской системы: им приходится их замещать теориями о подрыве СССР: то ли через измену внутри КПСС, то ли по проискам внешних противников, в особенности Америки. Они не могут признать, что советский режим был изначально внутренне обречен, они также игнорируют, что Запад на самом деле не был заинтересован в крушении советской системы в самом СССР, а только проводил политику сдерживания коммунистической экспансии в собственную сферу влияния.

Для врагов России и ее соперников коммунизм оказался историческим подарком, орудием геополитического и экономического развала их противника — вспомним кто, когда и зачем заслал Ленина и его команду в Российскую Империю.

Национал-большевики также не желают признать, что КПСС — стержень Советского Союза, встроенный даже в его основной закон (параграф 6 Конституции СССР в последней редакции) и следовательно, вина в преступлениях советской власти против русских полностью разделяется компартией СССР и ее идейными потомками, вроде теперешней КПРФ, сознательно только сменившей "СС" в прежнем обозначении на "РФ".

Сменовеховцев, несомненно, курировали советские органы разведки и идеологической диверсии. У них были деньги, периодика, возможности просоветской агитации. Однако в белой эмиграции они значительного успеха не имели, хотя и раздували свое значение всемерно. Единичное возвращение в СССР таких знаменитостей как Куприн или Вертинский произошло больше по личным мотивам (конец жизненного пути, желание умереть не на чужбине), а потому эти эпизоды невозможно представлять, как массовое осознание "правоты" сотворенного над Россией преступления. "Смена вех" оказалась уделом нескольких десятков активистов и немногих тысяч из среды миллионов Русского Рассеяния.

С течением времени сменовеховство переросло из гибридного русско-советского патриотизма в чисто советский патриотизм, более не затруднявшийся попытками оправдать коммунистический эксперимент над завоеванной "Октябрем" Россией как "продолжение органичного российского развития". Облик СССР в идеологии сменовеховцев вытеснил облик России, и с национал-большевицких позиций они все больше продвигались в сторону чистого пробольшевизма.

Но национал-большевицкая схема не была заброшена. Она возродилась в известном варианте в СССР, когда был завершен акт "политического мародерства"… Офицерам Красной Армии вернули почти все дореволюционные звания и погоны, одновременно оставляя красные звезды на фуражках, и конечно красные флаги компартии. Война с Германией заставила власть возродить, частично и уродливо, русское национальное самосознание, чтобы с его помощью бороться с врагом. С тех пор изуродованный коммунистической идеологией вариант русского национального сознания существовал в качестве постоянно помыкаемого идейного приживальщика в советской храмине. Однако это ущербное прозябание имело на какой-то короткий срок и продолжительное последствие: в тяжких условиях постоянных окриков из ЦК КПСС немногие герои духа все же смогли использовать формальную терпимость советам хотя бы и ограниченной русскости и предпринять восстановление основ национального сознания России. Примером такого духовного подвига является ныне покойный В. А. Солоухин.

Когда же механизм КПСС остановился, пришлось "перестраиваться", то советские державники, как и в 1941 году, взяли на вооружение русские национальные ценности, теперь уже в качестве основного своего инструмента. Национал-большевизм усилился и превратился в центральную доктрину тех остатков коммунистической номенклатуры, которым по разным причинам не нашлось места за "демократическим банкетом" в Российской Федерации.

Но как и прежде, национальное у национал-большевиков не искренне, а притворное — выборочно цитируя И. А. Ильина, они полностью выговорить его идеи не могут, так же как не могут освоить полноты нашего исторического наследия. Приветствуя, например, кадет русского белого зарубежья, национал-большевики не думают хотя бы из вежливости отказаться от коммунистических красных флагов и звезд, а портреты поляка Дзержинского — сознательно считавшего убийство наибольшего числа русских людей своей миссией — так и висят в кабинетах его служебных наследников, в семьях которых, замечу мимоходом, очень вероятно, тоже числятся жертвы "Железного Феликса".

С самого своего зарождения национал-большевизм сталкивается с острым противоречием. Вся идеология коммунизма — западническая, и документированно русофобская — от Маркса до самого Ленина. Финансирование и распространение революционного движения делалось открытыми и безоговорочными врагами России и русского народа, и все революционные вспышки нашего века, включая и "триумф" 1917 года выводят на враждебных Исторической России инспираторов и исполнителей, в подавляющем большинстве иностранцев. Таким образом, сам замысел, что революционное движение и его кульминация в 1917 году суть национальная идея и продолжение русского государственного творчества — бред, диаметрально противоположный историческим фактам.

Поэтому национал-большевики предпочитают трактовать РСФСР/СССР как данность своей исторической программы, а Ленина — как "великого человека", не углубляясь даже слегка в детали этих двух своих кумиров. Если же национал-большевика заставить полемизировать на тему революции и революционеров, то в хаосе повторяемой в качестве заклинаний советской агитки проступит давно затасканная ложь и клевета по адресу Государя и Государыни, дворян и офицеров, Церкви, "буржуазии" и т. п. Неприкосновенными остаются мифический "пролетариат" (батраки, чернорабочие, "социально близкие") и партия коммунистов со своими нерусскими вождями. То есть, коммунистическая революция для национал-большевика категорически священна, и любая его попытка доказать, что 1917 год является не захватом и ломкой, а "продолжением державного строительства Исторической России", сразу раскрывает сущность национал-большевизма — как антирусской идеологии, пытающейся выжить, притворяясь патриотической.

То же происходит с фактологией общественных преступлений советской власти: Гражданской войны, гонения на русское православие, концлагерей, истребления русской национальной аристократии и интеллигенции, уничтожения русского крестьянства, превращение русского рабочего в государственного раба, истребления казаков, гонения на все исторические сословия России, ломки и коверканья русской культуры — все эти прекрасно известные, вещественно доказанные действия (купальный бассейн на месте храма Христа Спасителя, к примеру) вызовут в лучшем случае: "произошли ошибки" — сквозь стиснутые зубы — с последующим кликушеским кукареканьем по поводу советских "достижений" — индустриализации, космоса, атомного оружия и т.п. Как будто Царская Россия была страной каменного топора, и без коммунистической революции никогда бы не достигла того сомнительного по качеству прогресса, который приписывают себе большевики.

Особенно нагло и кощунственно звучит приравнивание красных к белым (то есть Троцкого и Сталина к Деникину и Колчаку) — дескать красные "тоже воевали за Россию". Где и когда в лозунгах Красной Армии кроме марксизма и классовой ненависти звучали еще и русские патриотические темы, национал-большевики конечно указать не могут. Также как и обсудить национальный состав органов ВЧК, "вклад" латышских стрелков в создание РСФСР, контрактные карательные отряды из китайцев в "рабоче-крестьянской" (не народной, а классовой) армии коммунистов.

"Примирение" красных с белыми, якобы во имя гибнущей России, тоже из набора демагогии национал-большевизма. Нигде в этой лицемерной затее не говорится о раскаянии красных, о том что очевидная возможность гибели России есть следствие именно коммунистического ига. В "примирении" коммунисты не предлагают смиренно трудиться над исправлением причиненного ими зла отечеству, под идейным руководством, например, РОВСа, или Имперского Союза-Ордена; а напротив — "примирение" предполагает, что белые должны включиться в борьбу за Россию (советскую) под общим руководством коммунистов. Так что под видом "примирения" предлагается идейная капитуляция белых (победителей в историческом испытании) перед красными (исторический экзамен провалившими).

Так же лицемерно окрашено в красный цвет требование "не вычеркивать" коммунизм из истории России, причем под "невычеркиванием" подразумевается не вечная память жертвам коммунизма, или необходимость лечить на века изуродованное тело России, а оправдание и восхваление коммунистов и их "достижений" (неужто лагерной системы на Колыме?, а может быть Соловецкого Лагеря Особого Назначения?). О, если можно было бы действительно "вычеркнуть" советчину из истории русского народа, сделать ее "небывшей"! Но не о таком вычеркивании пекутся коммунисты в облике "патриотов". Под "невычеркиванием" они подразумевают хвалу, одобрение, моральное подчинение изначальным ценностям советского коммунизма.

В наборе агитпропа национал-большевиков особое место занимает тема "победа над фашизмом" и "защиты России" во время Второй Мировой войны. Для национал-большевиков желательно свести весь советский период — от Ленина до Черненко (Горбачев не в счет, его уже не считают "советским") — к четырем годам, от июня 1941 до июня 1945. Война с гитлеровской Германией коснулась всех жителей СССР; советский агитпроп прочно оборудовал ее события набором мифов, в котором самым видным является "ключевая роль коммунистов и ВКП(б)" в победе над беспощадным и грозным противником (на самом деле, например, будущий надсмотрщик ЦК КПСС по идеологии М. Суслов удрал из Севастополя при приближении Вермахта).

Конечно, как во всякой мифологии, вымыслы не выдерживают анализа своих настоящих истоков: если бы революция в России не победила, то наверное не было бы вообще Гитлера и гитлеризма, а без гитлеризма не произошла бы и война. Захват коммунистами России спровоцировал появление гитлеризма, дал Гитлеру идеологический заряд; таким образом, советская власть своим собственным существованием вызвала тот дух кровавой бойни, от которого русский народ не оправился до сих пор.

Будучи демагогическим по существу, национал-большевизм боится и избегает логического анализа своих позиций, предпочитая действовать разными вариантами крика площадных эмоций. Так поступал еще первый государственный преступник, вождь коммунистов Ленин.

Особенную проблему для национал-большевизма представляет наличие русской Белой эмиграции, физических и духовных потомков Белых воинов, рассеянных по всему миру, сохранивших в течение нескольких поколений веру и верность России. Они являются живым примером чистого русского патриотизма, не зависящего от советчины, не поющего дифирамбов "вождям", считающего революцию 1917 года величайшей трагедией и злом, а не "продолжением" державного развития России.

Русское Белое зарубежье имеет множество единомышленников в отечестве, его престиж — как наследника Белого Движения — высок и растет далее, и по мере своего прозрения русские патриоты со здоровым гражданским и национальным сознанием получают возможность использовать на благо национального возрождения все то, что с такой любовью и таким усердием собирали и берегли для России ее дети, рассеянные по всему миру.

По сущности своей притворной ориентации национал-большевики вступают в контакт с белыми — как в самой России, так и вне ее. За границей, по целому ряду причин, национал-большевикам легче маскировать свое истинное лицо; часто они это делают, используя показную православную набожность, и елейно рассуждают о духовности (от которой им по сути также далеко, как и до солнца). Делают они это для того, чтобы втереться в доверие белым, по возможности перехватывая в свои руки связь зарубежных русских патриотов с Россией. Заодно национал-большевикам желательно показать, что русское Белое зарубежье как бы санкционирует советский патриотизм: ведь приезжающие в Россию белые, именно как белые, оказываются в залах, где нагло висят красные флаги — знамена концлагерей и расстрельных подвалов ВЧК — получается, что советчина приемлема даже для потомков Белой гвардии, а уж для бывших советских граждан она должна быть тем паче милой, нужной и обязательной...

А острые протесты белых посетителей по этому вопросу национал-большевики вежливо, но неизменно игнорируют.

Вместе с этим ведется тихая, но систематическая дискредитация белых и русской Белой эмиграции внутри самой России. Используются разнообразные способы, например культивирование классовой ненависти к "чужакам", "буржуям", "изменникам родины". Недавно в национал-большевицкой прессе широко распространялись статьи со списками имен из парижского масонского архива 1940-х годов, в которых перечислено несколько тысяч масонов в русскоязычном обществе Франции. В этом перечне малоизвестных и непроверенных фамилий, на добрую треть даже не русских, заметен один-другой десяток более громких имен — это на миллионы русских эмигрантов во всем мире. Пытаются создать впечатление у неискушенного читателя в России, что белая русская эмиграция насыщена вольными каменщиками и, следовательно, ей верить и идейно сочувствовать нельзя. Национал-большевики и пропагандисты не знают, или умалчивают, что их излюбленное большевицкое "товарищ" пришло к социалистам и революционерам как раз из масонских лож, где этим словом обозначают вторую, основную, из трех степеней посвящения: ученик, товарищ, мастер.

Следует задуматься над психологией людей, пропагандирующих национал-большевизм. Один из типов этой категории — профессиональный агитатор, наглый лгун, выполняющий заказ. По разным причинам ему не удалось пристегнуться к "демократическому" поезду, а советизм в чистом виде уже давно не респектабелен. Вот он и служит бредовой по сути идее, сочетающей такие противоположности, как "царь" и "советы". Другой тип — искренне верит в нелепицу национал-большевизма, тем самым оправдывая насилие, совершенное над своим собственным народом, может даже над собственными близкими родственниками. Так как коммунизм и любая форма национального сознания по логике радикально несовместимы, то те, кто пытается это сделать, мыслят вопреки реальности — а это клиническое определение сумасшествия. Сознательные национал-большевики — или лгуны, или умалишенные, и это не аргумент в споре, а психологический диагноз.

Необходимо указать и на особенный нравственный смысл национал-большевизма и всякого оправдания советчины вообще. Оправдание преступной и антинародной системы тем самым является моральным соучастием в коммунистических и советских преступлениях. Оправдывающие СССР национал-большевики становятся моральными соучастниками и убийства Царственных Мучеников, и преступления Павлика Морозова, и разрушения храмов, и гонений на верующих, и раскулачивания, и Гулага, и прочих несметных мерзостей социалистической тирании.

Реальной политической перспективы у национал-большевизма не имеется. Тем, кто надеется как-то под крылом этого мировоззрения "использовать" коммунистов, следует помнить, как Ленин и К° расправились в свое время со своими союзниками эсерами — а между партией эсеров и партией коммунистов было очень много идейной совместимости… Ошибаются и те, кто надеется использовать национал-большевизм как промежуточное идейное состояние от советизма к истинному русскому патриотизму. Настоящие русские патриоты, светлая надежда России, не нуждаются в таком идейном "мостике", а те, кто до сих пор погряз в советчине, не представляют настоящей ценности для отечества: идейно они — люмпен-пролетарии, с которыми все равно создать ничего путного невозможно. Так зачем эти "совки" для России? Пусть и месят свой советский навоз. Все кто умен, кто честен и кто смел — уже сделали свой выбор. Как государственная идея национал-большевизм уже мертв.

Однако до поры до времени еще надо помнить, с чем мы имеем дело. Национал-большевики все еще шипят, кликушествуют, пытаются поправлять СССР, клевещут исподтишка на Белую гвардию, рядятся в ризы патриотов и поборников Исторической России. Перефразируя один гнусный лозунг, они — "дети Чапаева, которые хотят сойти за внуков Суворова", чтобы и в грядущей России по-советски задавать тон, чавкать у редакционных кормушек, безбедно существовать, вещать о "русскости" колхозов и стахановщины. Но грядущая Россия — не СССР и не жалкая Российская Федерация. В истинно патриотическом русском будущем для национал-большевиков места нет, так же как и для "западников", по самой природе вещей. А нам сегодня просто нет нужды пачкаться взаимодействием с вымирающими рептилиями советского агитпропа и с безнадежно умалишенными последователями "советской" (то есть нерусской) России.

Владимир Беляев


Наша Страна, № 2521–2522, 1998 (статья полностью)

Tags: национал-большевизм, национальный вопрос, советчина
Subscribe
promo rus_vopros september 1, 2016 14:25 2
Buy for 100 tokens
НАРОДНАЯ МОНАРХИЯ, в 5-ти частях часть 1 https://www.youtube.com/watch?v=_WdHPM-2dfI часть 2 https://www.youtube.com/watch?v=hgpZmCy1k-4 часть 3 https://www.youtube.com/watch?v=jKQrrIC0-sY часть 4 https://youtu.be/yndaF4mHaao часть 5…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments