anton21 (anton21) wrote in rus_vopros,
anton21
anton21
rus_vopros

военка

сам все это проходил в 1979 далеком уже в Острове под Псковом

Оригинал взят у mgsupgs в Военка.
картинка

Военные сборы восьмидесятых против сборов нулевых...
Истории и кино.

***

Из всех воспоминаний о годах учебы для бывшего студента важнейшим является воспоминание о военных сборах. У тех, кто постарше, была еще "картошка" и "яростный стройотряд". Теперь тяжелые оборонительные бои на сельскохозяйственном фронте ведет армия, а коровники строят молдаване. Что остается бедному студенту? Только сборы...

Через три дня после дембеля тяготы и лишения воинской службы как-то забываются, и воспоминания под водочку в кругу друзей о 30 днях "на войне" становятся, как писал Пушкин, "одним из живейших наших наслаждений".

Между тем, в войсках начала учебных сборов студентов ждут с чувством тяжелой обреченности: для студентов где-то надо достать форму, надо их, прожорливых, кормить, лечить больных и шлангующих, а, самое главное, уберечься, от студенческой любознательности. Появление же студентов в кадрированной части можно сравнить лишь с набегом стаи бандерлогов на мирную индийскую деревню...

Студентам интересно все, но особенно их привлекают детали, окрашенные красным цветом... Когда студент видит красную кнопку, или, оборони Господь, рычаги ИМР-а, глаза его загораются детским любопытством, а хватательный рефлекс практически необорим. Он запросто может сунуть палец в ствол пушки, заглянуть в раскрыв волновода радиоприцела, пощелкать автоматами защиты сети-

Страшен также студент в наряде. Хорошо проинструктированный часовой из числа студентов смертельно опасен. Когда в караул заступают студенты, самовольные отлучки солдат из части напрочь прекращаются, так как в темное время суток часовой в очках со стеклами "- 5" беспощадно расстреливает все, что хоть чуть-чуть шевелится, причем со страху, как правило, попадает.
Как-то раз, студенты одного из московских ВУЗов в нашем гарнизоне заступили в наряд по кухне.

Дежурный по столовой в доступной форме объяснил, что нужно почистить 6 мешков картошки и 2 мешка лука. Студенты взвыли:
- А машина для чистки картошки есть?!
- Есть, - гордо ответил прапорщик, - неисправная.
- Где?!
Через полчаса с помощью автомобильных ключей из "копейки" прапора машина была полностью демонтирована и изучена, а еще через час в нее был загружен первый мешок картошки. Загудел мотор. Картофелины бодро терлись друг о друга, освобождаясь от кожуры.

Умиротворенный зрелищем слаженного студенческого труда, прапорщик потерял бдительность и отбыл по своим делам.
Между тем, студенты взялись за лук.
На втором десятке луковиц кто-то сквозь слезы спросил:
- А может, его, черта, тоже в машину?
- Бинго!!!
Картофелечистка удивленно взвыла, но взялась за дело.
Привлеченный странными звуками, дежурный по столовой заглянул на кухню.
Лука больше не было. Вообще. Зато полученная луковая шелуха странным образом в мешки из-под лука уже не помещалась. В мешки из-под картошки, впрочем, тоже.

Через 10 минут искатели приключений в полном составе отбыли на гауптвахту


***
Это подлинная история (даже не одна, а две в одном флаконе). Дело было в
N-ской части возле небольшого провинциального города средней полосы
России. Нас привезли туда на военные сборы после 5-го курса. Часть была
учебной и заточенной под прием студентов (там проходили сборы студенты
нескольких вузов страны советов) - кроме офицеров с нашей военной
кафедры, которые приехали вместе с нами, там была спец. учебная часть и
командовал этой учебной частью местный полковник, про которого классики
русской литературы писали: "Слуга - царю, отец - солдатам". Солдат и
курсантов он действительно любил по-отечески.
И вот приходим мы как-то с занятий. Лето, жара. Снимаем сапоги,
гимнастерки, и в майках и тапочках идем в Ленинскую комнату - некий
клуб. Дело в том, что там теневая сторона, прохладно и есть свежие
газеты - полный кайф после трудового дня. А дверь в кабинет полковника -
прямо напротив Лен. комнаты. И вот он то ли придя в казарму, то ли
выходя из нее решил заглянуть в этот клуб. После чего слышен его громкий
глас: "дежурный, построить личный состав!". Все оделись, построились.
Прохаживается полковник перед строем и по-отечески нас наставляет:
"Ребята, в Ленинской комнате вы должны быть одеты по форме, а не так как
я увидел. Ведь эта комната для вас - храм, еби вашу мать!". Мало кто
смог удержаться от смеха.
Вторая история непосредственно с этой связана. Еще до поездки в армию
нас обучали по курсу: научный коммунизм. И вот на занятиях по теме:
классовый состав советского общества кто-то из однокурсников поднял
вопрос: к какому классу относятся военнослужащие. Узнав, что это -
интеллигенция, он удивился и задал еще один вопрос: "И на нашей военной
кафедре интеллигенция?". Но после того, как в армии мы стали участниками
вышеприведенной истории, все сомнения у него отпали - он в курилке
задумчиво произнес: "Действительно, на нашей военной кафедре -
интеллигенция".


***
Среди лагерного паноптикума блистала фигура эпическая — начальник
санчасти прапорщик Петров, бывший в то время членом обкома партии и
заодно заседателем окружного военного трибунала (!). Из афоризмов
прапорщика Петрова:
— Таащ прапорщик, а почему все армии в ботинках, одни мы — в сапогах?
Петров, сдвинув фуражку на затылок:
— Хм... Так они ж на асфальте воюют!
И случился у нас великий праздник — День Строителя, понаехала куча
друзей-родственников-знакомых, понавезли выпить-закусить, офицеры тоже
расслабились по такому знатному поводу, короче, на весь лагерь тока одно
тразвое место — санчасть. А хочется... И два курсанта, ну, скажем,
Кравчук и Золотников, смылись, добрели до какой-то компании под соседним
кустом и нализались до умопомрачения. Добравшись ближе к вечеру до
санчасти, они узнали ужасную новость:
— Петров вас искал, велел немедленно ему доложиться, иначе выпишет в
строй.
Кара ужасная и два чудо-богатыря, шатаясь и поддерживая друг друга,
отправились искать прапорщика. Нашил они его в штабной беседке посреди
офицерского городка в компании:
— начштаба лагерного сбора подполковника Головина;
— замполита лагерного сбора подполковника Гуревича;
— командира батальона курсантов майора Юдина.
По случаю праздника все были несколько навеселе, без галстуков и чинов и
забивали козла, когда от кустов раздался строевой шаг. Обернувшись,
собравшиеся увидели Кравчука, у которго под левой мышкой находился
Золотников уже на полном автопилоте. Кравчук держал курс на Петрова, не
доходя трех шагов кинул правую руку к пилотке, топнул еще пару раз,
остановился и отрапортовал:
— Таащ прапорщик! Курсанты Кравчук и Золотников по вашему приказанию
немного выпивши явились!
...
За пьянку у нас полагалось 5 суток ареста. Развод, начштаба Головин:
— Вчера в санчасти произошел безобразный случай — напились курсанты
Кравчук и Золотников! Но пришли и доложились!!! Поэтому — трое
суток ареста!


***

Вот тут и начался праздник. Недопившие до посадки стремительно
бросились наверстывать упущенное. У тех, кто уже успел принять свою
норму, неожиданно открылось второе дыхание и они составили компанию
первым. В трезвенников была практически насильственно влита первая
доза, после чего они немедленно изменили своим принципам, язвенники
все-таки отправились спать.
Меня единогласно назначили тамадой и заставили выпить эмалированную
кружку женшеневой настойки и запить ее такой же кружкой черного пива
"Монарх", после чего тосты из меня лились безостановочно.

В четвертый раз объяснив, что говоря "за присутствующих здесь дам",
я не имел в виду никого из собутыльников, заметил, что наступила
неестественная тишина.
За моей спиной стояла бригада поездной милиции — молодой лейтенант в
милицейской форме и два амбала в хаки и черных беретах.
— Поговорите с этим, — ткнул в меня пальцем лейтенант. — А я пока с
остальными разберусь!

Один из амбалов поднял меня за шкирку и просто вынес в тамбур.
Каким-то чудом я умудрился сцапать со столика бутылку настойки.
— Ты чё, бль, тут выступаешь? — спросил "носильщик".
— Да вот, мужики, со сборов возвращаемся — празднуем!
— С каких, бль, сборов?
— Ну, от военной кафедры института!
— А-а-а-а-а, студенты, бль! — разочарованно протянул второй.

- Мужики, может выпьем? — робко предложил я.
— Лейтенант настучит!
Я заглянул в вагон:
— Уже не настучит — уже можно!

Лейтенант работал тамадой вместо меня. Оказалось, что "мирные
граждане", в количестве шести мужиков, активно участвовавших в нашем
празнике, уболтали лейтенанта, да тот особо и не возражал!
Когда минут через двадцать я с амбалами вернулся из тамбура,
лейтенант уже сильно прихорошел, зачем-то разбудил нашего
подполковника и уговаривал его не мешать празднику.
Подполковник щурился, спросонок, и никак не мог понять, почему его
просят не делать того, что он и так не собирался делать. В конце
концов он скомандовал:
— Назначаю тебя ответственным! — и опять рухнул на подушку!

Воодушевленный лейтенант развил бурную деятельность — реквизировал
весь наличный алкоголь, расставил его в понятном только ему порядке и
заявил, что пить будем "по системе". Система была: пиво, водка,
настойки и снова пиво.

Амбалам были вручены две желтые карточки женшеневой и приказано
продолжать разборки со мной в тамбуре, что они с радостью пошли
выполнять.

Я пытался было повторить свою питерскую экскурсию, для поддержания
разговора, но мне было приказано заткнуться и пить молча — после чего
они начали рассказывать о службе и женщинах.

Как рассказали друзья — где-то через час меня в четыре руки внесли
обратно в вагон, уложили на мою полку и заботливо подложили вместо
подушки мой же сдутый футбольный мяч. А общая гулянка утихла только к
утру.

Я проснулся с чудесным отпечатком ниппеля на правой щеке и вообще
выглядел так, будто только что собственным лицом отразил пенальти,
проведенный арбузом из гаубицы.
"Утро китайского пчеловода" — вынес я диагноз своему отражению в
туалетном зеркале — глаза узкие и в голове жужжит!
По полю ночной битвы ходил довольный проводник — с ним поделились
остатками празничного стола — и работал медсестрой — наливал
страждущим пива из наших же баллонов "Монарха".
Подполковник пересчитал нас на перроне, поразился совпадению
количества тел со списком, поздравил нас с успешным окончанием
сборов, вручил какой-то пакет и дематериализовался.
В пакете оказалось "денежное довольствие", которое с чего-то нам полагалось.

В десятом часу утра возле ларьков Ярославского вокзала стояла толпа
усталых, нетрезвых, но очень довольных молодых людей, хлебающих пиво
и празднующих благополучное прибытие.
Сборы закончились!
***

(С) Не моё

Tags: историческая память
Subscribe
promo rus_vopros september 1, 2016 14:25 2
Buy for 100 tokens
НАРОДНАЯ МОНАРХИЯ, в 5-ти частях часть 1 https://www.youtube.com/watch?v=_WdHPM-2dfI часть 2 https://www.youtube.com/watch?v=hgpZmCy1k-4 часть 3 https://www.youtube.com/watch?v=jKQrrIC0-sY часть 4 https://youtu.be/yndaF4mHaao часть 5…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments