anton21 (anton21) wrote in rus_vopros,
anton21
anton21
rus_vopros

низвержение в голодный Гольфстрим - Уникальность советской тюрьмы 1930-х, метод Френкеля

Оригинал взят у anton21 в Уникальность советской тюрьмы 1930-х:метод Френкеля в выдаче питания.

Данный пост не носит исчерпывающего характера в силу ограничений ЖЖ. Его я хотел бы посветить детальному анализу очень странной и специфичной особенности советской тюрьмы 1930-1950г,- а именно уникальному методу формирования советских пайков для заключенных в этот период, - так называемому "методу Френкеля".







Небольшое источниковедческое пояснение.
Я сознательно в своей работе по смертности заключенных советских времен опирался исключительно на документы самих же ГУЛАГовских ведомств и буду продолжать следовать этой методе, используя мемуары лагерников лишь периферийно. Этот пост исключение,- и вот почему. Здесь голоса администрации ГУЛАГа и лагерников говорят примерно об одном и том же и одними и теми же словами, что, согласитесь, редкость.

То что любой мемуарный источник(как ,впрочем, и документальный) может содержать искажения и неточности вполне общее место. Другое дело, что и мемуары и документ точно также могут содержать достоверные или относительно достоверные данные. Ключевой вопрос в критической массе сопоставленной информации. То есть, если мы проанализировали условных 100 мемуарных свидетельство о методе Френкеля и сопоставили с аналогичным количеством документов лагерной администрации, постановлений правительства и т.д. и везде наблюдаем корреляцию и совпадения,- с большой долей вероятности мы можем констатировать, что такое парадоксальное явление как “метод Френкеля” в советских лагерях существовало. И если и официальные лица из администрации ГУЛАГа , и сами заключенные вторят в один голос примерно одно и то же,- эта корреляция дает нам вполне серьезное основание дать определенную оценку методу Френкеля, как уникальной и специфичной особенности советской тюрьмы 1930-1953гг с большей степенью достоверности подтвержденных как документами, так и мемуарами.
Остается понять,- а чем же так была странна и необычна советская тюрьма в аспекте выдачи пайков в 1930-1950гг.

I.Метод Френкеля как негативное новаторство.
Прошу прощения за самоповторы, но я считаю метод Френкеля предельно любопытным явлением, которое напрямую влияло на повышение смертности в советской пенитенциарной системе, поэтому он заслуживает отдельного подробного рассмотрения. Дело в том, что если мы взглянем на проблему питания в историческом национальном контексте, то можно сразу заметить, что до революции и даже в 1920-е не было никакой взаимосвязи в получении продовольственного пайка, далеко не идеального, часто в реальности меньше заявленного, но во всех случаях нормативно более крупного, чем 70-80 лет спустя в той же стране при другом режиме.

За все время существования лагерей в СССР норма питания была всегда «кнутом и пряником» в жизни заключенных: она всегда зависела от количества выполненной работы и от производительности труда; чем напряженнее заключенный работает, тем больше он получает еды.

При царе, при всех уродствах и несправедливостях тюрем императорской России, данного принципа в выдаче питания не было. Существовали просто стандартные пайки для неработающих и усиленные пайки для работающих, причем, как это ни парадоксально, как правило, ВЫШЕ , чем любые пайки советской эры.
Оттого невероятно высокого общего коэффициента смертности в 7% как в мирном 1938г. или 15% в 1933г. вы за репрезентативный отрезок с 1880 по1915гг. в далеко не идеальной царской тюрьме не найдете. Даже в годы сильнейших эпидемий тифа холеры или грандиозной Первой Мировой Войны. Про абсолютные показатели можно даже не заикаться. Если за 30 лет в царской тюрьме c 1885 по 1915г. умерло около 126 тысяч человек, то в советский период, за 23 года, с 1930-1953гг. умерло по документам гулаговских служб 1 млн. 760 тыс. человек. Разница поразительная.

И безусловно, следует искать закономерности появления этой разницы в общем уровне летальности тюремной системы при двух режимах. Интересно, что советские пайки, даже 100%-ые, даже трудовые, даже 120%, даже усиленные, даже почти недостижимые стахановские были ниже, чем аналогичные нормы на стройках царизма, которые выдавались без  дифференциального принципа.

Но самый главный и фундаментальный нюанс,- в дореволюционной России всем арестантам был положен одинаковый паек, а заключенные, занятые на тяжелых работах, также получали одинаковую 50-процентную надбавку,- в идеале, естественно, но если всем без исключения положено 1200 г. хлеба есть вероятность, что пайка таки дойдет до адресата, а если положено 500 г.-600г., то….Делайте выводы сами. У советских зеков все было по-другому.
II.1920-е как инерция "старого режима".
Самое любопытное, что в 1920-е годы советская система по некой инерции продолжала исповедовать “старорежимные” концепции в очень многих административных нюансах, в том числе и в вопросах формирования пайков. Советская пенитенциарная система 20-х годов в плане организации выдачи питания еще находилась в очевидной преемственности к имперской,- еще не было ни огромной системы трудовых лагерей, ни невиданного для дореволюционных тюрем числа заключенных(рост был в среднем в 15-20 раз к концу 1930-х), ни принципа Френкеля, положенного в основу уникального эксперимента в рамках преобразования системы выдачи питания в тюрьмах и лагерях.

Очень неплохо описал этот переход В.Шаламов, попробовавший на себе и старорежимную пайку 1920-х(срок отбывал в Вишерском лагере в 1920-х), и ‘чисто советскую”(срок отбывал в СевВостЛаге в 1930-1950-е):

“Кормили тогда(в 1920е- прим.мое) по-особому. Еще никто не додумался сделать из пайки средство выколачивания плана – каждый получал один и тот же казенный паек, арестантскую пайку. Каждый имел право на восемьсот граммов хлеба, на приварок – каши, винегреты, супы с мясом, с рыбой, а то и без мяса и без рыбы – по известным раскладкам на манер тюремных. Хлеб выдавался на каждый барак, и хлеборез барака резал пайки с вечера. И каждому клал на постель его пайку. В лагере никто не голодал. Тяжелых работ не было. На работе никто не понукал. Дневальные приносили к обеду в бачках суп и второе, и тот же хлеборез раздавал суп и кашу черпаком. Мясо было порезано на кусочки и выдавалось с весу. Вечером давали то, что положено вечером…

Перековка открыла, что унизительное принудительного труда – сущие пустяки, пережитки наивного XIX века, что из заключенного можно не только и не столько «выбивать» работу, а лишь достаточно ударить по животу и угрозой голода заставить арестанта работать, перевыполнять план. Довольно сентиментальностей. Заключенные будут сами пожирать друг друга, сами будут охранять друг друга – выписывать наряды, проверять, давать и принимать работу.

Перековка на Беломорканале привела к страшному растлению душ – и заключенных и начальства – и именно из-за процентов, из-за выполнения плана.

Перековка провозглашала, что только в труде, активном труде – спасение. Маленькие сроки перестали давать – сыпались пятерки и десятки, которые надо было разменивать по «зачетам рабочих дней» Теоретически считалось, что срок – «резинка»: хорошо работаешь, выполняешь высокий процент – получаешь большие зачеты, выходишь на волю. Плохо работаешь – тебе могут и сверх твоей десятки добавить. Было опытным путем доказано, что принудительный труд при надлежащей его организации (без всяких поправок на обман и ложь в производственных рапортичках) превосходит во всех отношениях труд добровольный. И это касалось не только черных работ, неквалифицированного труда. Нет, даже инженеры, осужденные по так называемым вредительским процессам, работали по своей специальности (или по любой специальности интеллигентного труда) лучше, чем вольные специалисты. Я участвовал в большом количестве совещаний по этому поводу и хорошо помню примеры, доказательства.
Лагерь, перестроенный на деловую ногу, уже не терпел той ненужной обслуги, а каждого человека старался использовать, чтобы он давал доход. Эта деляческая сторона перековки была ее душой.

Перековка показала, как легко человеку забыть о том, что он – человек. Была создана, все сложнее и тоньше год от году, система поощрения.

Святая тюремная пайка была заменена питанием по тонко разработанной шкале так, чтобы каждый рабочий час и день отражался на еде будущего дня; обычно питание менялось раз в десятидневку, иногда в пятидневку, а позднее на ключе Алмазном с вечера объявляли, кому не дадут хлеба завтра.

Вместо восьмисотки арестант стал получать трехсотку, пятисотку, шестисотку, семисотку, восьмисотку и килограммную пайку. Целая гамма ударов по желудку. А приварок, начав с премиальных блюд, перешел на стахановское, ударное и производственное питание – и далее До 8 различных пайков. Лагерь – его устройство – есть величина эмпирическая. То совершенство, которое было встречено мной на Колыме, не было продуктом чьего-то гениального злого ума – все создавалось мало-помалу. Копился опыт.” (В.Шаламов “Вишера” Собрание сочинений: В 4-х т. / [Сост., подгот. текста и примеч. И. Сиротинской]. М.: Худож. лит.: ВАГРИУС, 1998.)

III.Точка бифрукации 1929г.:точка зрения лагерников.


Итак, в 1929г. произошло очень важное и я бы даже сказал эпохальное событие, определившие жизнь и смерть советских заключенных на десятилетия вперед.

В 1929 году случилось системное, фундаментальное изменение всей системы выдачи питания в масштабах всего СССР.
В начале 20-х годов в СССР сначала на Соловках, а затем повсеместно была введена уникальная и доселе невиданная в пенитенциарных заведениях Империи система дифференцированных пайков. Это крайне важный и системный момент, заостряю на нем предельное внимание читателей. Вся система исполнения наказаний в стране перестраивалась именно под эту схему. Почему? Потому что вступала в силу совершнно иная новаторская тенденция, - труд заключенных власть признавала валидным, глобальным экономическим ресурсом в принципиальном отличии от дореволюционных времен.
Photobucket

Изобретателем этой “рационализаторской схемы” был заключенный-уголовник Нафталий Френкель (впоследствии он сделает головокружительную карьеру в системе НКВД: станет начальником Управления лагерей железнодорожного строительства и уйдет на почетную пенсию в звании генерал-лейтенанта инженерно-технической службы).

Суть его 'изобретения' заключалась в том, что питание узников ставилось в зависимость от выполнения ими нормы выработки. Для этого устанавливалось пять видов продовольственных пайков: гарантированный (за 75-99 % нормы); трудовой (за 100-124 %), усиленный (за 125-149 %) и 'стахановский' (за 150 % и более). Еще один паек - штрафной - предназначался для провинившихся и для тех, кто выполнял меньше 3/4 нормы.

Не случайно, что даже в официальных постановлениях Верховного Совета СССР на первом месте упоминалось именно снабжение и питание, никак не денежное вознаграждение, зарплаты в ГУЛАГе не будет до 1950г.

Из указа Президиума Верховного Совета СССР № Вс-30/с "О лагерях НКВД СССР" 15 июня 1939 года.: “Основным стимулом для повышения производительности труда в лагерях установить: улучшенное снабжение и питание хороших производственников, дающих высокие показатели производительности труда, денежное премирование этой категории заключенных и облегченный лагерный режим с общим улучшением их бытового положения.-

Изменение принципа выдачи питания нужно напрямую связывать с кардинальным сломом старой “имперской” концепции содержания заключенных на прямых дотациях от государства и началом использования заключенных в экономике в гротескных(по сравнению с дореволюционными) масштабах.

В Российской Империи, после отмены общеуголовной ссылки в Сибирь(а именно эти обвиняемые составляли 85% от ссыльнокаторжных), каторжный труд был признан во-первых, малоэффеткивным чисто в экономическом смысле, во-вторых ссыльнокаторжные, по мнению правительства начала XX века не подходили для колонизации отдаленных территорий. Это было следование общемировой тенденции отказа от использования заключенных на крупных индустриальных стройках и для заселения необжитых окраин.

Почти в то же время, когда в Америке в последнем южном штате так называемый lease labor признавался вне закона и отменялся, как малоэффективный и антигуманный, в 1929 году по предложению специальной комиссии Политбюро, Совнарком принял секретное постановление «Об использовании труда уголовно-заключенных», которым предписывалось осужденных обычными судебными органами к лишению свободы на три года и выше передавать для отбытия лишения свободы в исправительно-трудовые лагеря ОГПУ. А последнее, в свою очередь, должно было для приема этих заключенных расширить существующие и организовать новые лагеря в отдаленных районах «в целях колонизации этих районов и эксплуатации их природных богатств путем применения труда лишенных свободы»( ГУЛАГ (Главное управление лагерей), 1918–1960, с. 64.)

Иначе говоря, труд заключенных, в кардинальном отличии от имперских времен, был признан стоящим того, чтобы реорганизовать всю системы исполнения наказаний в специфическую и грандиозную по масштабам систему эксплуатации подневольного труда,- систему с примитивным, крайне жестоким способом стимуляции и мотивации труда,- через желудок. Человек плохо добывает руду,- урезать пайку. Умрет, ослабеет или заболеет,- его проблема. Кто не работает, тот не ест.

Вот воспоминание советского з/к, которое отлично иллюстрирует эту системную разницу: "Рабочий день длился 10 часов, нормы выработки были установлены всесоюзные, но увеличен¬ные на 25 % в соответствии с увеличенным рабочим днем. Копеечная плата зависела от выработки, но никого не интересовала; важнейшим было что от выработки зависело количество еды, которое причиталось получить завтра. За полную выработку выдавали 800 г хлеба, миску жидкой каши утром, баланду и кашу вечером, миску баланды днем. При невыполнении нормы количество еды существенно уменьшалось, доходя при 50 % выполнения нормы до 400 г хлеба и как-то урезанной нормы прочей еды, которая по своей питательности не многого стоила по сравнению с хлебом, бывшим главным, что могло поддержать силы. Все были ослаблены предыдущими испытаниями, не ели досыта уже давно, большинство (и я среди этого большинства) не были натренированы в физической работе. Поэтому выполняющих нормы были только единицы — те, кто был поздоровее и посильнее от природы. Для прочих началось низвержение в голодный Гольфстрим, стремительное для слабосильных, вроде меня, и более плавное для тех, кто покрепче. Сегодня не выкопал 1,5—2 куба грунта, не вывез на тачке по хлипким доскам на нужное место метров за 100 эти примерно 3 тонны — завтра получишь только столько еды, что едва сможешь сделать половину нормы, и количество еды еще уменьшится. Виток сделан, ты приблизился ко дну и, сколько витков тебе еще осталось, не знаешь. У героев Эдгара По под руками оказалось что-то, за что можно было уцепиться, у нас ничего не было: все вокруг были так же голодны и слабы. Дни проходили в тяжелейшей работе, от которой непрерывно болели все мускулы, ночи — в забытьи без сновидений, а чувство голода грозило стать единственным чувством — чувством, подавившим все остальные возможности эмоций."(Соллертинский В.Е.. «Куда Бог смотрит» — в 2-х частях. М/п копия 1984 г., Сосногорск, 243 стр.)

Для огромного большинства не только 100 % — полная норма, но и 30 % — «беженская норма» — были недостижимы, и не в силу злой воли, а по совершенно объективным основаниям. Я никогда не был в состоянии сделать 30 % на лесоповале, а на более леткой работе — пиления дров — делал 30 % с крайним напряжением, работая весь день без перерыва и до последней границы своих сил. Может быть, я был бы в состоянии дать 30 % нормы на разгрузке вагонов или с тачкой на земляных работах. Но для этого я должен был иначе питаться и нормально отдыхать после работы.
( Ю.Б.Марголин, путешествие в страну з/к.)

“Лагерный порядок поставлен так: заключенный Иван должен срубить и напилить 7,5 кубометров леса в день, или выполнить соответствующее количество другой работы. Все эти работы строго нормированы, и нормы напечатаны в справочниках. Этот Иван получает свое дневное пропитание исключительно в зависимости от количества выполненной работы. Если он выполняет норму целиком, он получает 600 грамм хлеба. Если не выполняет, получает 500, 400 и даже 200 грамм. На энном лагпункте имеется тысяча таких Иванов, следовательно энский лагпункт должен выполнить 7 500 кубометров. Если эта норма выполнена не будет, то не только отдельные Иваны, но и весь лагпункт в целом получит урезанную порцию хлеба. При этом нужно иметь в виду, что хлеб является почти единственным продуктом питания, и что при суровом приполярном климате 600 грамм обозначает более или менее стабильное недоедание, 400 — вымирание, 200 — голодную смерть.

Количество использованных рабочих рук подсчитывает УРЧ, количество и качество выполненной работы — производственный отдел, на основании данных которого отдел снабжения выписывает то или иное количество хлеба. Нормы эти технически не выполняются никогда. И от того; что рабочая сила находится в состоянии постоянного истощения и от того, что советский инструмент, как правило, никуда не годится, и от того, что на каждом лагерном пункте имеется известное количество отказчиков, преимущественно урок и по многим другим причинам. Техники вроде Лепешкина, экономисты вроде меня, инженеры и прочие интеллигенты непрестанно изощряются во всяких комбинациях, жульничествах, подлогах, чтобы половину выполненной нормы изобразить в качестве 70 процентов и чтобы отстоять лагпункты от голодания. В некоторой степени это удается почти всегда. При этой “поправке” и, так сказать, при нормальном ходе событий лагпункты голодают, но не вымирают. Однако, “нормальный порядок” — вещь весьма не устойчивая.

Карьер 3 на лагпункте Погра занят земляными работами. Эти работы опять-таки нормированы. Пока карьер копает в нормальном грунте, дело кое-как идет. Затем землекопы наталкиваются на так называемый “плывун” — водоносный слой песка. Полужидкая песчаная кашица расплывается с лопат и с тачек. Нормы выполнить физически невозможно. Кривая разработки катастрофически идет вниз. Так же катастрофически падает кривая снабжения. Бригада карьера, тысячи две землекопов, начинает пухнуть от голода. Кривая выработки падает еще ниже, кривая снабжения идет вслед за нею. Бригады начинают вымирать. С точки зрения обычной человеческой логики нормы эти нужно пересмотреть. Но такой пересмотр может быть сделан только управлением лагеря и только с санкции Гулага в каждом отдельном случае. Это делается для того, чтобы никакое местное начальство, на глазах которого дохнут люди, не имело бы никакой возможности прикрывать объективными причинами какие бы то ни было производственные прорывы. Это делается также потому, что система, построенная на подстегивании рабочей силы угрозой голодной смерти, должна показать людям эту смерть, так сказать, в натуральном виде, чтобы публика не думала, что кто-то с нею собирается шутки шутить. В данном случае, случае с карьером 3, санкция на пересмотр нормы пришла только тогда, когда все бригады полностью перешли в так называемую слабосилку — место, куда отправляют людей, которые уже совсем валятся с ног от голода или от перенесенной болезни; где им дают 600 грамм хлеба и используют на легких и не нормированных работах. Обычный лагерник проходит такую слабосилку раза три за свою лагерную жизнь. С каждым разом поправка идет все труднее. Считается, что посла третьей слабосилки выживают только исключительно крепкие люди. Конечно, лагерная интеллигенция иногда при прямом попустительстве местного лагерного начальства, ежели это начальство толковое, изобретает самые фантастические комбинации для того, чтобы спасти людей от голода. Так в данном случае была сделана попытка работы в карьере прекратить совсем, а землекопов перебросить на лесные работы. Но об этой попытке узнало правление лагерем, и ряд инженеров поплатился добавочными сроками, арестом и даже ссылкой на Соловки. В бригадах из 2.000 человек до слабосилки и в самой слабосилке умерло по подсчетам Бориса около 1.600 человек.”И.Л.Солоневич ("Россия в концлагере" ISBN: 978-985-513-745-1, 978-9-8551-3942-4).

"Норма не была специально разработана для заключенных - она исходила из единых республиканских норм. Но, разумеется, вольные лесорубы не гак питались, как мы, а главное дня нас не принималось во внимание предусмотренное в тех же единых республиканских нормах снижение норм в зависимости от среднего возраста деревьев, сбежимости леса и густоты насаждений. А лес, росший вокруг Сынья-Нырда, был молодой, тонкий, редкий и сбежистый. И большинство заключенных, не имевших, к тому же, никаких навыков, норм, конечно, не выполняло. А не выполнять норму означало обречь себя на постоянное недоедание, а затем и на голод. Система лагерного питания строилась в соответствии с выполнением норм выработки. Выполнил заключенный 100% нормы — получает 800 граммов хлеба. Выполнил 80% — 600 граммов, от 60 до 80% — 500 граммов, а ниже 60% — 300 граммов. А хлеб был основным продуктом питания: приварок только что горячий, а жиров и белков в нем содержалось не на много больше, чем в кипятке, ...Силы со дня на день убывали. И я, и мои друзья никак не могли выполнить больше 60% нормы и, соответственно, получали уменьшенную пайку хлеба. (Абрамович И. Л. Воспоминания и взгляды : в 2 кн. / Абрамович И. Л. - М. : КРУК-Престиж, 2004. - Т. 1 : Воспоминания. - 287 с. : портр.)
IV.Говорят иерархи ГУЛАГа.
Но ладно лагерные мемуары. Можно им не верить. Постоянно находятся те, кто объявляет даже 8000 мемуаров, описывающих примерно одно и то же проплаченной из ЦРУ абберацией памяти. Интересно другое. Обратимся к сверхсекретным гулаговским документам. Дело в том, что наиболее совестливые сотрудники инспекций ГУЛАГа, а также прокуроские работники не раз и не два указывали на метод Френкеля, как на одну из основных причин деградации и истощения людей.


Из доклад ответственного инструктора политотдела ГУЛАГа О.А. Разиной начальнику ГУЛАГа В.Г. Наседкину о работе УИТЛК УНКВД Новосибирской области 18 декабря 1941 г:
"Вопросами трудоиспользования заключенных никто не занимается, ни Управление лагеря, ни в лаготделениях, как это требуется. На совещании при политотделе выступающие товарищи приводили факты, свидетельствующие о том, что часто з/к з/к дают такие нормы выработки, которые ими заведомо выполнены быть не могут, в результате чего они получают первый котел(самый низкоколарийный паек- прим мое), что, естественно, ведет к постепенному ослаблению рабочей сипы .
Начальник 7-го лагпункта Ахпунского отделения тов. ТРЕГУБОВ, в связи с увеличением рабочего дня увеличил нормы выработки не на 30% в день, как предлагалось директивой отделения, а на 50%. Выработать установленную дневную норму на тяжелых физических работах могли только физически здоровые люди, более же слабый контингент нормы выработки не выполнял и в связи с этим получал штрафной паек, быстро переходя в слабосилку. В результате уже в сентябре на лагпункте появилось значительное количество слабосильных и 98 истощенных з/к з/к были переброшены на 8-й лагпункт. 3 октября 304 человека истощенных были переброшены на 6-й лагпункт. В обоих случаях на 7-й лагпункт перебрасывалась здоровая рабочая сила и, тем не менее, там осталось до 400слабосильных и истощенных з/ к з/к. (ГАРФ. Ф. 9414. Оп. 3. Д. 9. Лл. 30-50. Подлинник.)

Стенограмма
первой партийной конференции Управления Особого Строительства НКВД СССР
11-12 января 1941 г.121 Сов. Секретно.
Слово т.Буцневию (зам. начальника Управления Особого Строительства по лагерю):
Я спрашиваю, есть ли у нас твердый план снабжения, план распоряжения ресурсами? Нет этого плана, а отсюда дезорганизация всех дел на строительных площадках. Району говорят - завтра получишь 10 вагонов леса. Район готовится, расставляет рабочую силу, а завтра этот лес уйдет в другой район, а отсюда дезорганизация, .. простаивает рабочая сила, нормы не выполняются, в результате люди попадают на штрафной паек, лагерь превращается в фабрику инвалидов. Вот характерный пример у товарища Жучилина . Люди ждали леса 9 суток. Какие нормы они могли выполнить? На 9-е стуки пришел лес. Бригады поднялись до развода, в темноте растащили лес по объектам..., не потому, что желают работать, а потому, что хотят кушать. Вообще у нас начальники районов, главные инженера районов, Усиевич, Вальденберг и все мы создаем такие условия, при котором лагерь превращаем в фабрику инвалидов. Вот откуда у нас такая высокая смертность. Так продолжаться дальше не может."(СОГАСПИ. Ф. 1817. Оп.1. Д. 59. ЛЛ. 4-141. Машинопись. Подлинник.)

Из протокола совещания работников лагерных подразделений, созванного начальником правления Особого строительства НКВД СССР и Политотделом по вопросу состояния работы в Безымянском лагере.
Секретно 23 декабря 1941 г.
Слово тов. Бахарову - Прокурору строительства.:
Следует сказать, что положение в лагере настолько серьезное, что в некоторых случаях можно сказать потрясающее, катастрофическое. Смертность с 1,6% дошла до 5-6% -цифра очень большая. выросла за счет наших собственных безобразий, а не новых этапов. В группе «В» повинны не только работники санчастей, но и работники лагерной администрации, начальников участков, зам начальников районов по лагерю и начальники районов. В чем основные причины смертности и заболеваемости? Первая и основная причина - в неправильном трудовом использовании заключённых, хотя на этот счет было издано много приказов и приказаний по линии ГУЛАГа, все же этим серьезным вопросом никто по настоящему не занимается. Ведь что получатся, людей с легким трудом посылают на тяжелые работы и наоборот - с тяжелым трудом на легкие. Простои, несмотря на жесткие указания начальника строительства по этому вопросу, продолжают иметь место в громадных размерах. Это так же свидетельствует о неправильной расстановке раб силы, о неправильной организации труда.- а теперь внимание,- прим.мое- Простаивают целые бригады, по несколько часов, что в конечном счете отражается и на выполнении плана и на здоровье заключённых, так как невыполняющие норму получают соответствующий котел, люди вольно или невольно становятся плохо работающими, переходят с 3 котла на 2-й и 1-й. (СОГАСПИ. Ф. 1817. Оп. 1. Д. 67. Л. 14-22. Машинопись. Подлинник.)

Итак, проблема была в том, что даже 100% норма выработки давала не очень калорийный паек, так еще и получить этот 100% паек было для многих не очень реально. Процент выполняющих норму был в разные годы разным, во многом зависел от ловкости тех, кто делал туфту и от реальных энтузиастов, но все равно выполняющий норму даже в течении года, на следующий год ее уже, как правило,выполнять не мог. Давайте посмотрим на процент выполнения норм для разных лет по некоторым документам.

По документам Дальстроя утверждалось, что "из числа лагерников" СевВостЛага в конце 1930-х (ок.150 тыс. человек) более 70% не выполняли установленных норм, и около половины из этого числа выполнили их не более чем на 30%(. ГАМО, Ф. Р-23сч, Оп. 1, Д. 7, Л. 159-161)

Как свидетельствуют многие бывшие узники, отбывавшие наказание на приисках Дальстроя, и в частности М. С. Ротфорт, что даже «самые крепкие мужики не в силах были выработать норму»( ГАМО, Ф. Р-23сч, Оп. 1, Д. 9, Л. 212-214)

28 мая 1936г. Прокурор СССР А. Я. Вышинский направил в СНК Союза ССР на имя В. М. Молотова совершенно секретное письмо № 191/лс:
«Заместителем Начальника Главного Управления Исправительно-Трудовых Лагерей НКВД СССР т. ПЛИНЕРОМ 4/XII-1935 г. издан циркуляр № 43-446, которым установлены на 1936 г. нормы питания заключенных, содержащихся в лагерях.
Этим циркуляром вводится такой порядок, при котором совершение заключенным того или иного преступления, или отказ его от работы, или даже невыполнение им полной нормы выработки, влечет за собой перевод заключенного на крайне низкую, по существу, полуголодную норму питания.
Так, для следственных заключенных (привлеченных к ответственности за преступления, совершенные в лагере) и для заключенных, отказавшихся от работы, этим циркуляром предусматривается выдача хлеба не больше 300 грамм в день.
Для заключенных хотя бы и работающих, но выполняющих норму выработки меньше, чем на 75%, предусматривается выдача хлеба не больше 400 грамм в день.
Циркуляр ГУЛАГа, вводящий в качестве наказания за отказ от работы заключенного или за плохую работу заключенного лишение самого необходимого жизненного минимума питания, находится в резком противоречии с указаниями закона. Статьей 21 Положения об исправительно-трудовых лагерях от 7/IV-1930 г. (С.З. 1930 г. № 22, ст. 248) было установлено, что нормы пайков для заключенных, определяемые в зависимости от характера выполняемой ими работы, должны быть «во всяком случае не ниже необходимой калорийности». Об этом же говорит и статья 63 Исправительно-Трудового Кодекса РСФСР 1933 г., которая также предусматривает, что паек для лишенного свободы должен быть «достаточной калорийности и питательности».
На практике — нормы ГУЛАГа НКВД приводят к крайнему физическому истощению заключенных и к таким явлениям, — как это имеет место, например, в Свирлаге, где числится уже до 5000 слабосильных, не способных, по своему физическому состоянию к тяжелой работе заключенных, и где заключенные, побуждаемые голодом, подбирают отбросы из помойных ям.
Доводя об этом до Вашего сведения, считал бы необходимым создать комиссию в составе представителей НКВД, Прокуратуры СССР и Наркомздрава РСФСР для разработки обязательного минимума продуктов питания для заключенных с последующим утверждением этого минимума Советом Народных Комиссаров ССР».

В письме Л. П. Берии на имя В.М. Молотова от 17 апреля 1939 г. отмечалось: "Существующая в ГУЛаге НКВД СССР норма питания в 2000 калорий рассчитана на сидящего в тюрьме и не работающего человека. Практически и эта заниженная норма снабжающими организациями отпускается только на 65-70%. Поэтому значительный процент лагерной рабочей силы попадает в категории слабосильных и бесполезных на производстве людей. На 1 марта 1939 г. слабосильных в лагерях и колониях было 200 000 человек, и поэтому в целом рабочая сила используется не выше 60-65 процентов"(8ГА РФ ф. 5446, оп. 23 а, д. 121, л. 8-9)

В заключении.
Итак, мы можем с большей уверенностью охарактеризовать метод Френкеля как одну из главных причин деградации здоровья лагерников.
Безусловно, в разных лагерях кормили напротяжении 30 лет по разному.

Кое-где попадался относительно добросовестный начальник лагеря, кое-где руководство берегло дорогостоящий контингент для выполнения планов( например,Норильлаг), но если обобщать тенденцию, везде смертность в 1930-е годы была в 3-8 раз выше, чем смертность сопоставимой когорты на воле.

Сазлаг так вообще являл собой лагерь перманентной катастрофы в мирное время, а лесные лагеря в 1938г. показывали смертность сопоставимую и превосходящую Бухенвальд , Дахау СС и колониальные тюрьмы. Это была катастрофа. В самые благополучные годы ГУЛАГ в 1930-е показывал 2-3% смертность от среднегодовой численности. Статистический индекс, от которого тюремные системы развитых стран ушли еще в 1910-х годах XX века. В годы кризисов в мирное время были и 15% и 7-8% и 5%. Это чудовищно высокие и негативные показатели, превосходящие показатели колониальных тюрем.

Весь комплекс причин лагерной смертности исследовать можно очень долго и одним постом в ЖЖ, безусловно, такую сложну тему полноценно не осветить. Но.

“Лагерный паек — пайка, как говорят арестанты, — это главный вопрос арестантской жизни. С двадцатых годов начальство хочет получить давлением на желудок управление человеческой душой в самом таком грубом смысле. Именно конец двадцатых годов, перековка доказали, что увеличение тюремного пайка, умелое управление всей этой довольно сложной пищевой гаммой приносит невиданные результаты. Вместе с зачетами рабочих дней пайка служит самым эффективным инструментом общества в борьбе за план.(В.Шаламов.) В.Шаламов, сам того не ведая, блестяще подметил самое фундаментальное,новаторское и специфическое отличие советской пенитенциарной системы 1929-1953гг. от царской в 1870-1917гг. и советской в 1920-е.

Именно эти годы,- годы использования “методы Френкеля” в выдаче питания, стоили более пролутора миллиона жизней в абсолютных показателях,- индекс смертности для 1880-1917гг.- просто фантасмагорический.

 Безусловно, ни в коем случае не стоит абсолютизировать методу Френкеля как единственную причину повышения общего уровня летальности советской лагерной системы этих лет.

Сам по себе диффиренцированный паек не играл никакой роли без привязки его к непосредственно к трудовому использованию заключенных. О невиданном экономическом размахе ГУЛАГа я буду говорить отдельно.

Но , на мой взгляд, я бы выделил диффиренцированный паек в один из краеугольных, системных факторов, играющих негативную роль в общем состоянии здоровья лагерников.

Центральной проблемой ГУЛАГа в этот период, на мой взгляд, было то, что он совсем не мог выдерживать внешних кризисов именно из за своих институциональных особенностей,
а)сверхэксплутации заключенных и интеграции их в экономику в совершенно гротескных масштабах
б)как слдествие,- очень специфичный метод в формировании пайков.

Такая циклопическая масса людей с такой методой в выдаче пайков и не могла умирать в меньших количествах.

Из-за данного принципа выдачи пайка в ГУЛАГе постоянно находился большой процент ослабленных, истощенных людей “на грани”, “доходяг” и “полудоходяг”, которые еще кое-как перебивались в спокойные года, пускай даже официально не “слабосильных” и вполне трудоспособных, но которые начинали умирать с сумасшедшей интенсивностью в годы кризисов. Данный метод закладывал в контингент советских тюрем и лагерей своеобразную бомбу замедленного действия. Как только система ГУЛАГа приходила в расстройство (1931г, 1932-1933г., 1938,1941-1945гг, 1947г.) cмертность подскакивала до невероятно высоких величин, невиданных в царской тюрьме за 30-летний репрезентативный отрезок.

Если последовательно распутывать клубок всех возможных причин повышения смертности за решеткой,- от халатности и хищений администрации, недодачи теплой одежды, эпидемий до побоев урок, в основе всего в трудовом лагере все равно в конечном счете лежит именно питание. Остальные факторы,- антисанитария, болезни, хищения лекарств и продуктов, издевательства со стороны охраны и блатных, бесспорно, тоже играли роль, но центральный фактор смертности в лагере,- заболеваемость напрямую коррелирует с вопросом продовольственного снабжения. А в лагерях, в основном, лютовали именно авитаминозы,- пеллагра и цинга.

Именно странный, во многом новаторский в плохом смысле принцип Френкеля сыграл крайне зловещую роль в антирекордах по смертности заключенных, зафиксированный в советской тюремной системе в этот период. Без анализа и тщательного исследования этого принципа в связки со смертностью заключенных динамику и масштабы смертности заключенных в СССР 1930-1953гг. понять нельзя.
Photobucket

Автор же этого инновационного рационализаторского проекта, стоившего сотен тысяч человеческих жизней,  бывший уголовник Нафталий Френкель, спокойно дожил на правительственную генеральскую пенсию до своей смерти, в почете и уважении.
Tags: геноцид, голодомор, гулаг, террор
Subscribe
promo rus_vopros september 1, 2016 14:25 2
Buy for 100 tokens
НАРОДНАЯ МОНАРХИЯ, в 5-ти частях часть 1 https://www.youtube.com/watch?v=_WdHPM-2dfI часть 2 https://www.youtube.com/watch?v=hgpZmCy1k-4 часть 3 https://www.youtube.com/watch?v=jKQrrIC0-sY часть 4 https://youtu.be/yndaF4mHaao часть 5…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments