anton21 (anton21) wrote in rus_vopros,
anton21
anton21
rus_vopros

семёновцы

Оригинал взят у kazagrandy в Семёновцы.
Оригинал взят у black_karlos в Семёновцы.
Н. И. Богомазов

Полк внутренней охраны Петрограда в 1918–1919 гг.:
особенности формирования и переход на сторону белых.


В годы гражданской войны нередким явлением были переходы целых войсковых со-
единений Красной Армии к белым. На Северо-Западе первый такой эпизод произошел
в ноябре 1918 г., когда на сторону Псковского корпуса перешел 1-й Лужский полк под
командованием С. Н. Булак-Балаховича [1, с. 136]. В дальнейшем на этом направлении
подобные факты имели место неоднократно, причем в расположение белогвардейцев
переходили не только сухопутные части, но и корабли и даже флотилии [2, с. 76].

Из всех известных случаев такого рода по своему масштабу выделяется переход к неприятелю
всего 3-го Петроградского стрелкового полка, бывшего полка внутренней охраны Пе-
трограда. В разные времена исследователи обращались к этому событию [1; 3; 4], однако
ставшие доступными некоторые архивные материалы [5] позволяют по-новому взгля-
нуть на него. Теперь мы можем рассмотреть внутреннюю жизнь полка, о которой до сих
пор почти ничего не было известно, подробнее осветить сам переход полка к белым, а
также более основательно подойти к выявлению причин случившегося.
Согласно статье V Брест-Литовского мирного договора Советское правительство
обязывалось провести «полную демобилизацию» старой армии [6, с. 122]. Из остатков
расквартированного в Петрограде резервного лейб-гвардии Семеновского полка боль-
шевики сформировали полк внутренней охраны Петрограда [3, с. 162; 7, с. 42]. Назвать
точную дату создания этого полка пока нет возможности, однако известно, что в мае
1918 г. он уже нес службу. Командиром полка был бывший полковник, старый семено-
вец поляк Брусоровский, а председателем полкового комитета — Родзевич1, также слу-
живший в Семеновском полку до революции и произведенный в 1917 г. в прапорщики
[5, л. 2].
Полк внутренней охраны Петрограда организационно не входил в состав Красной
Армии, а подчинялся Комиссариату внутренних дел Союза Коммун Северной области2
(комиссаром был М. С. Урицкий) [5, л. 3; 8, с. 86]. Полк состоял из трех батальонов по
три роты в каждом, нес главным образом охранную службу в Петрограде и не предна-
значался для фронта. Караульную службу полк осуществлял в Государственном банке,
Экспедиции заготовления государственных бумаг, Петросовете, Городской думе, Пе-
тропавловской крепости, больницах (где находились больные политические заключен-
ные), городке огнестрельных припасов, на телефонной станции, у складов на Гутуевском
острове, в пересыльной тюрьме, тюрьме на Шпалерной улице, тюрьме на Гончарной ули-
це, «Крестах», тюрьме на Гороховой улице и т.д. Кроме того, из состава полка назнача-
лась охрана при перевозке по городу различных ценных грузов и больших сумм денег [5,
л. 3; 8, с. 86]. Полк был расквартирован в казармах лейб-гвардии Семеновского полка на
Загородном проспекте; его частенько называли «Семеновским», а его солдат — «семе-
новцами» [5, л. 4].
Полк имел собственные знаки отличия — полковые петлицы и полковые нагруд-
ные значки. Полковые петлицы позднее было приказано снять, а знаком отличия полка
стал нашитый на левый рукав шинели и кителя кусок синего сукна с надписью «охр.П. »
(охрана Петрограда) [5, л. 3]. Общее положение полка внутренней охраны Петрограда
было существенно лучше, чем положение частей Красной Армии, стоявших в то же вре-
мя в Петрограде. Этим полк был обязан своему деятельному командиру Брусоровско-
му, а также опеке М. С. Урицкого. Так, в полку имелись большой оркестр, школа солдат-
ских детей, а также полковой театр, который пользовался особенным покровительством
большевистского руководства — артисты и артистки театра числились в составе полка,
получали жалование и продовольственный паек [5, л. 4; 9, с. 53].
Как советские, так и эмигрантские источники сходятся в оценке того, что настроение
полка было резко антибольшевистским. Помимо бывших семеновцев в полку было мно-
го офицеров старого времени, которые, не желая идти в Красную Армию, охотно вступа-
ли в полк внутренней охраны Петрограда. Многие из них служили рядовыми, скрывая
свое звание. Как вспоминал в эмиграции генерал Н. К. Леонтьев (в ту пору начальник
хозяйственной части полка. — Н. Б.), в полку также служило много «домовладельцев,
купцов, лавочников, хуторян из окрестностей Петрограда» [5, л. 3]. Советская литерату-
ра рисует нам аналогичную картину, говоря о «буржуазных элементах Спасского района,
купцах с Апраксина и Гостиного дворов, домовладельцах и торговцах», которые служили
в полку «рядовыми красноармейцами» [3, с. 162], или о «сынках лавочников и торгашей»,
засоривших полк, и в целом о «большой прослойке чуждых советской власти элементов»
[10, с. 66]. Комиссар 2-й Петроградской бригады А. С. Раков, характеризуя состояние полка, в донесении вышестоящим органам прямо писал: «Общее настроение в полку неудов-
летворительное, так как добрая половина стрелков — шкурники, мешочники и мелкие
торговцы» [4, с. 122]. Генерал Н. К. Леонтьев вспоминал, что когда он только был зачислен в полк (начало августа 1918 г. — Н. Б.), «был удивлен сравнительной свободой разговоров и высказываний различных мнений офицерами полка» [5, л. 3]. В командном составе
полка числились всего 3 большевика, которых все знали, и в их присутствии высказыва-
лись осторожно. Во всем же полку насчитывалось лишь 9 большевиков и 7 кандидатов в
члены партии [4, с. 122]. Более того, в полку внутренней охраны Петрограда существовала тайная антибольшевистская организация, собиравшая и сообщавшая сведения военного характера генералу Н. Н. Юденичу в Гельсингфорс и которая, по всей вероятности,была связана с петроградским антибольшевистским подпольем [5, л. 7]. Во главе ее стоялпомощник командира полка В. А. Зайцев (Зайцов), бывший штабс-капитан, служивший в лейб-гвардии Семеновском полку беспрерывно с 1910 г. [1, с. 232]. Именно по его поручению в Финляндию отправились два делегата — штабс-капитан Рылько, оставшийся в Гельсингфорсе как представитель полка, и поручик Гелыпер. Первоначально они связались с английской контрразведкой, но вскоре, благодаря контр-адмиралу В. К. Пилкину,
вошли в постоянную связь и подчинение гельсингфорсской группе генерала Н. Н. Юденича [1, с. 233].
Как отмечалось выше, М. С. Урицкий относился к полку «доброжелательно» и даже
однажды сказал, что «семеновцы — это честные белогвардейцы». В полку поговаривали,
что такое внимание Урицкого вызвано тем, что в случае антибольшевистского переворо-
та он надеялся укрыться в полку и что якобы у него на этот случай даже имелась форма
полка [5, л. 4]. После убийства М. С. Урицкого и отъезда в Польшу полковника Брусоровского положение полка начало меняться в худшую сторону. В октябре 1918 г. был упразднен полковой комитет, председателем которого к тому времени был эсер Григорьев [5,л. 4]. В полку были проведены две чистки (вторая — в декабре 1918 г.)3, а последние аресты чинов полка датируются началом мая 1919 г. [5, л. 13; 9; с. 51–52].
После Брусоровского командиром полка стал председатель полкового комитета
Родзевич, однако он пробыл в этой должности недолго и вскоре бежал в Финляндию.4
Позже он служил в Северо-Западной армии в чине штабс-капитана [5, л. 5]. Бежавшего
Родзевича на должности командира полка внутренней охраны Петрограда сменил быв-
ший фельдфебель лейб-гвардии Семеновского полка Бондаренко, однако и он недолго
удержался на этой должности и вскоре был арестован. Через две недели его выпустили
из тюрьмы, но в командование полком он больше не вступал [5, л. 5].
После этого на командные должности в полку внутренней охраны Петрограда
были поставлены проверенные коммунисты. Командиром полка стал латыш П. П. Т ав-
рин, до революции бывший вахмистром лейб-гвардии Драгунского полка, а при Вре-
менном правительстве произведенный в прапорщики. После Октябрьской революции
он сначала командовал 8-м латышским стрелковым полком, а затем стал председателем
Череповецкой губернской ЧК. В 1918 г. он вступил в партию.5 Комиссаром полка был
назначен А. И. Купше, работавший до этого в организационно-инструкторском отделе
1-го городского райкома партии Петрограда. При этом заместителем командира полка
остался В. А. Зайцев, а командирами батальонов — бывшие офицеры С. А. Самсониев-
ский (1-й батальон) и Терентьев (2-й батальон) [3, с. 163; 4, с. 122–124]. Любопытно, что
С. А. Самсониевский 1 апреля 1919 г. вступил в РКП(б), но вряд ли по убеждениям. В
работе Г. Л. Шидловского говорится, что в партии состоял и В. А. Зайцев [9, с. 53].
2 мая 1919 г. ввиду угрозы нападения Финляндии Совет Рабоче-Крестьянской Обо-
роны объявил Петроград на осадном положении [3, с. 186–187; 11]. Полк внутренней
охраны Петрограда был переведен в состав Красной Армии, включен во 2-ю Петроград-
скую бригаду и стал именоваться 3-м Петроградским стрелковым полком [5, л. 8; 7, с. 42].
13 мая 1919 г. началось наступление Северного корпуса: в руки белых перешли Гдов, Ям-
бург и Псков6, и к 20-м числам мая они находились в 20 километрах от Гатчины [12, с. 222-
230]. Чтобы исправить трудное положение на фронте Нарвского участка 7-й армии, под
Гатчину были переброшены резервы из Петрограда, в том числе и 3-й стрелковый полк,
который был направлен в район Пятая Гора — Выра — Большая Дивенка, на левый фланг
Нарвского участка, где и расположился 27 мая 1919 г. [13, с. 71].
28 мая 3-й стрелковый полк, при котором находился и комиссар 2-й Петроградской
бригады А. С. Раков, расквартировался в деревне Выра, в 6 километрах от станции Си-
верской [3, с. 162]. В ночь с 28 на 29 мая 1919 г., около 12 часов, командир полка П. П. Таврин, комиссар бригады А. С. Раков, комиссар полка А. И. Купше и секретарь полковогопартийного коллектива Дорофеев сели в автомобиль и поехали на разведку. Вслед заэтим несколько человек из командного состава полка (в том числе командиры батальонов С. А. Самсониевский и Терентьев), переговорив с В. А. Зайцевым, на лошадях отправились в лес, в ту сторону, где предполагалось расположение белых войск. Свою поездку они также объяснили необходимостью проведения разведки. Выйдя к деревне Большое Заречье, они встретили разъезд белых, и Терентьев сообщил им, что 3-й Петроградский
полк готов перейти на их сторону. После чего С. А. Самсониевский и Терентьев с остальными членами своей группы вернулись в расположение полка. Вскоре возвратились также и командир полка П. П. Таврин с комиссарами [1, с. 234–235; 14].
Узнав о желании 3-го Петроградского стрелкового полка перейти на их сторону,
полковник граф А. П. Пален, командовавший всеми силами белых, действовавших на
Гатчинском направлении, перебросил Талабский полк (командир ротмистр Б. С. Перми-
кин. — Н. Б.) из Кикерино к Выре и приказал ему перейти в наступление [12, с. 234].
Ранним утром 29 мая 1919 г., ничего не зная о заговоре, П. П. Т аврин, согласно при-
казу командующего 7-й армией о контрнаступлении (от 27 мая), распорядился развер-
нуть 3-й Петроградский стрелковый полк в боевой порядок и перейти в наступление.
В. А. Зайцев, по всей вероятности, желая выиграть время, убедил П. П. Т аврина немного
обождать. Когда наступление все же началось, 1-й и 2-й батальоны полка встретились
с талабчанами и без сопротивления перешли на сторону белых. Вместе они вступили в
Выру утром 29 мая 1919 г. [1, с. 234; 4, с. 124]. Разоружив солдат 3-го батальона, они стали
искать большевиков. П. П. Таврин не хотел сдаваться и долго отстреливался из винтовки.
В конечном итоге его обезоружили и расстреляли 7 [5, л. 14]. Комиссар полка А. И. Купше
спрятался в подвале, его долго искали, нашли и, несмотря на заявление, что он «комму-
нист только по названию», он также был расстрелян [5, л. 14; 14]. Комиссар 2-й Петро-
градской бригады А. С. Раков забаррикадировался в штабе и отстреливался из пулемета,
однако был убит ручной гранатой8 [4, с. 125; 14; 15, с. 53]. Затем были расстреляны батальонные комиссары Дорофеев, Калинин и Сергеев, и все остальные коммунисты полка
(среди них В. А. Пекар) [4, с. 124; 5, л. 14].
Таким образом, 3-й Петроградский стрелковый полк, бывший полк внутренней охраны Петрограда, в количестве около 600 штыков, вместе со своим оркестром и двумя
орудиями перешел на сторону белых. Талабский полк в тот же день 29 мая 1919 г. занял
с. Межно, подошел к станции Сиверская, взорвал там железнодорожный мост, повернул
на северо-запад и вместе с 3-м Петроградским полком отошел к станции Кикерино [12,
с. 234; 13, с. 73]. Командующий Северным корпусом генерал А. П. Родзянко, приехав по-
благодарить Талабский полк (чуть позже, 30 мая, командир талабчан Б. С. Пермикин был
произведен в полковники), также встретился и с 3-м Петроградским стрелковым пол-
ком, личный состав которого при этом «выразил желание немедленно драться против
большевиков». Полку было возвращено название Семеновского, а личный состав полу-
чил несколько дней отдыха. Возглавил полк капитан В. А. Зайцев [12, с. 234].
Переход целого полка на сторону противника произвел на большевиков «ошелом-
ляющее впечатление». На следующий день после этого события в Петрограде было при-
казано арестовать всех офицеров 3-го Петроградского полка, по каким-либо причинам
не оказавшихся на позиции. Были взяты под стражу и их семьи. Одновременно нача-
лись аресты всех бывших офицеров лейб-гвардии Семеновского полка, а также семей
тех, кто перешел на сторону Северного корпуса. Так, например, попала в тюрьму жена
В. А. Зайцева вместе с маленьким ребенком, там и умершим [5, л. 14]. Случившимся были
шокированы и на фронте. По словам командующего Западным фронтом Д. Н. Надеж-
ного, переход 3-го Петроградского полка создал в штабе Нарвской группы 7-й армии
«тревожное настроение» [13, с. 73]. Вместо запланированного на 29 мая широкого кон-
трнаступления произошел провал левого фланга Нарвского участка, а белые не только
ликвидировали угрожавший им обход их правого фланга, но и пополнили свои ряды
целым полком.
Тот факт, что полк внутренней охраны Петрограда, едва оказавшись на фронте, сразу
же перешел на сторону белых, ни разу не вступив в бой, объясняется несколькими при-
чинами. Прежде всего отметим, что полк изначально формировался на основе старых
семеновцев, а впоследствии командиры внимательно подходили к вопросам комплекто-
вания, принимая лишь проверенных людей, настроенных явно антибольшевистски. Та-
ким образом, удалось добиться того, что количество членов партии, идейных большеви-
ков в нем было минимальным, а их влияние на солдат было и вовсе ничтожным.9 Кроме
того, командиры, работая ловко и осторожно, смогли скрыть общее настроение полка не
только от партийного и советского руководства Петрограда, но даже и от полкового пар-
тийного коллектива. Полк с железной дисциплиной производил отличное впечатление
на большевистское руководство и добросовестным несением службы не давал поводов
усомниться в своих боевых качествах. Наконец, в полку действовала подпольная анти-
большевистская организация, которая была связана как с белыми, так и с петроградским
антибольшевистским подпольем.
Переход целого полка на сторону противника заставил советское руководство при-
нять меры к недопущению подобного в будущем. Уже 31 мая 1919 г. в «Петроградской
правде» было опубликовано воззвание «Смерть шпионам!», подписанное В. И. Лениным
и Ф. Э. Дзержинским, в котором содержалось требование «везде удвоить бдительность,
обдумать и провести самым строгим образом ряд мер по выслеживанию шпионов и бе-
лых заговорщиков и по поимке их» [16]. Для этого в Петрограде под руководством на-
чальника внутренней охраны города Я. Х. Петерса 12–13 июня 1919 г. была проведена
«чистка города» — широкомасштабная операция по поиску оружия и выявлению заго-
ворщиков. По ее итогам около тысячи человек были арестованы и высланы вглубь стра-
ны, подальше от линии фронта [17, с. 62–65, 80–81]. Кроме того, было усилено наблю-
дение за бывшими офицерами, находившимися на службе в РККА. Однако даже такие
меры не позволили советскому руководству подавить антибольшевистское подполье на
Северо-Западе России и предотвратить переходы красных частей на сторону неприяте-
ля. На сторону Северного корпуса перешел также 2-й кавалерийский полк Петроград-
ской кавалерийской бригады [18, с. 140–141], вскоре вспыхнуло восстание в форте Крас-
ная Горка, а петроградское антибольшевистское подполье заявило о себе с новой силой
осенью 1919 г. — в дни октябрьского наступления белых на Петроград.
Погибшие коммунисты 3-го Петроградского полка 8 июня 1919 г. были торжествен-
но похоронены на поле Жертв Революции (Марсовом поле. — Н. Б.) в Петрограде [14;
19]. Памятная каменная плита с их именами находится там и сейчас.

1 Эмигрантский историк Н. Н. Рутыч, видимо, вслед за своими источниками называет полковника
Брусоровского полковником Бржовским, а Родзевича — Радивиновичем [1, c. 233].
2 Тот же Н. Н. Рутыч в своей работе утверждает, что полк подчинялся не комиссариату внутренних дел СКСО, а НКВД РСФСР, и даже ссылается на конкретный документ [1, с. 232].
3 В обеих чистках участвовал А. С. Раков.
4 Генерал Н. К. Леонтьев в своих воспоминаниях пишет, что Родзевич бежал, присвоив деньги от
продажи полкового автомобиля [5, л. 5]. Н. Н. Рутыч в своей работе указывает, что Родзевич (у Н. Н. Рутыча — Радивинович) бежал в Финляндию из-за того, что попал под подозрение ЧК [1, с. 233].
5 Генерал Н. К. Леонтьев так отзывался о П. П. Таврине: «Он про себя рассказывал, что собственноручно зарубил шашкой родного отца, настроенного против большевиков... Постепенно Таврин принял культурный вид. Я полагаю, что убежденным большевиком он не был» [5, л. 5].
6 Псков был взят эстонскими войсками и затем передан белогвардейцам.
7 Советская версия смерти П. П. Таврина говорила о его мучительной смерти от рук «взбесивших-
ся» белогвардейцев [14].
8 По другой версии, А. С. Раков, израсходовав все пулеметные ленты, застрелился [3, с. 163; 7, с. 43; 9, с. 62; 10, с. 66].
9 Д. Н. Надежный называет это «морально-политической расхлябанностью» [13, с.82].

Источники и литература
1. Рутыч Н. Н. Белый фронт генерала Юденича. Биографии чинов Северо-Западной армии. М.:
Русский путь, 2002. 504 с.
2. Авалов П. В борьбе с большевизмом. Глюкштадт; Гамбург: I. I. Аугустин, 1925. 540 с.
3. Корнатовский Н. А. Борьба за красный Петроград. М.: АСТ, 2004. 602 с.
4. Пухов А. С. Петроград не сдавать! Коммунисты во главе обороны Петрограда в 1919 г. М.:
Соцэкгиз, 1960. 450 с.
5. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. 5881. Оп. 2. Д. 454.
6. Документы внешней политики СССР. Т. 1. М.: Госполитиздат, 1957. 772 с.
7. Корнатовский Н. А. Разгром контрреволюционных заговоров в Петрограде в 1918–1919 гг.
Л.: Лениздат, 1972. 88 с.
8. Петроград на переломе эпох: город и его жители в годы Революции и гражданской войны /
отв. ред. В. А. Шишкин. СПб.: Дмитрий Буланин, 2000. 348 с.
9. Шидловский Г. Л. Товарищ Раков. Очерк жизни и деятельности Александра Семеновича Ра-
кова. Л.: Прибой, 1926. 80 с.
10. Караев Г. Н. Разгром Юденича в 1919 году. М.: Воениздат, 1940. 236 с.
11. Петроградская правда. 1919. 3 мая.
12. Родзянко А. П. Воспоминания о Северо-Западной армии // Белая борьба на Северо-Западе
России. М.: Центрполиграф, 2003. С. 188–316.
13. Надежный Д. Н. На подступах к Петрограду летом 1919 г. М.: Госиздат, 1928. 167 с.
14. Петроградская правда. 1919. 12 июня.
15. Рыбаков М. В. Из истории гражданской войны на Северо-Западе в 1919 г. М.: Госполитиздат,
1958. 158 с.
16. Петроградская правда. 1919. 31 мая.
17. Кутузов В. А., Лепетюхин В. Ф., Седов В. Ф., Степанов О. Н. Чекисты Петрограда на страже
Революции. Кн. 2. Л.: Лениздат, 1989. 237 с.
18. Смолин А. В. Белое движение на Северо-Западе России (1918–1920 гг.). СПб.: Дмитрий Бу-
ланин, 1999. 440 с.
19. Петроградская правда. 1919. 8 июня.


Tags: историческая память, ри
Subscribe
promo rus_vopros сентябрь 1, 2016 14:25 2
Buy for 100 tokens
НАРОДНАЯ МОНАРХИЯ, в 5-ти частях часть 1 https://www.youtube.com/watch?v=_WdHPM-2dfI часть 2 https://www.youtube.com/watch?v=hgpZmCy1k-4 часть 3 https://www.youtube.com/watch?v=jKQrrIC0-sY часть 4 https://youtu.be/yndaF4mHaao часть 5…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments