sanych56 (sanych56) wrote in rus_vopros,
sanych56
sanych56
rus_vopros

Categories:

Библиотеки Российского Национального и Социального Движения

"Статья Н. Ястребовой из "Библиотеки Российского Национального и Социального Движения"" by ugunskrusts83.
Представляю вниманию мою первую перепечатку из любопытнейшего издания времён Второй Мировой Войны, журнала "Библиотека Российского Национального и Социального Движения", издавашегося в Праге, в 1941-1944 гг. Среди авторов - соратники чешского отдела РНСД не только из Праги, но и из других городов Протектората Богемия-Моравия. Среди них, такие известные учёные, деятели Русской Учёной Академии в Праге, профессоры Д. Иванцов и Б. Одинцов. За несколько лет на страницах "Библиотеки" были опубликоаны различные материалы политического, мировоззренческого, философского и исторического характера. Всё это вошло в копилку русской национальной идеологии (сами авторы статей позиционировали себя приверженцами "русского национал-социализма").



Ниже - текст доклада Н. Ястребовой, взятый из шестого номера "Библиотеки РНСД" за 1942-ой год. Орфографические и пунктационные ошибки я, по возможности, постарался исправить, некоторые же шероховатости сознательно оставляю на совести автора доклада. Половина одного предложения в оригинале была срезана, и место пропуска я обозначил <...>. Однако, смыслу это не навредило, по сохранившейся части этого предложения не трудно уловить общий смысл. В остальном - по большому счёту никаких замечаний.

Нижепреведённый текст неплохо прочитать тем, кто с либеральной подачи считает национал-социализм материалистической, технарско-биологизаторской и атеистической идеологией и чуть ли не проводит знак равенства между ним и марксизмом.




Сор. Н. Ястребова.

К ФИЛОСОФСКИМ ОСНОВАНИЯМ ГЕРМАНСКОГО НАЦИОНАЛ-СОЦИАЛИЗМА и РОССИЙСКОГО НАЦИОНАЛЬНОГО И СОЦИАЛЬНОГО ДВИЖЕНИЯ.

Как и итальянский фашизм, немецкий национал-социализм в первые годы своего существования является прежде всего общим мироощущением, верой в несколько общих положений – и действием. Лишь постепенно вырабатывает он свою идеологию и пытается найти свои философские обоснования. Родится система, доктрина. Первая фаза национал-социализма и фашизма – это ожесточенная борьба за существование, вторая - полоса государственного социально-политического строительства, третья - это подробная разработка и обоснование мировоззрения.

В своей Доктрине фашизма Муссолини набрасывает историческую схему подобного развития и показывает ее неизбежность. Для фашизма годами положительного строительства Муссолини считает 1926/8 г.г. Тем не менее, уже в 1921 году сам он, в одном письме по поводу открытия Школы фашистской пропаганды и культуры, говорит о необходимости создания в возможно короткий срок философии фашизма.

Об этой философии я уже имела возможность здесь говорить. Попытаюсь сделать это сегодня в отношении германского национал-социализма. Прежде чем приступить к этому заданию, я хочу вспомнит лишь некоторые исторические даты, определяющие условия и эпоху его рождения и завоевания власти.

1918 год - прорыв германского фронта, революция в Киле, эмиграция кайзера, заключение перемирия, спартаковские восстания, образование социалистического кабинета. 1919 – Веймарское национальное собрание, выборы с-д. Эберта на президентский пост, коммунистическая республика в Мюнхене, подписание унизительных условий мира. В том же году основывает Дрекслер партию НСДАП (первоначально ДАП), Адольф Гитлер вступает в нее седьмым по счету членом (с июля 1921 года он становится ее главой). 1920 – правит пуч Каппа в Берлине, первое массовое выступление НСДАП в Мюнхене, как протест против репарации, провозглашение знаменитых 25 пунктов программы НСДАП, к которым я вернусь немного позже. 1921 год – принятие Виртом репарационных условий, 1922 – моратории, 1923 – Парижская конференция, оккупация Рурского бассейна, т.н. Гитлеровский путч (совместно с Людендорфом), запрещение НСДАП и заключение будущего вождя германского государства в крепость Ландсберг, где он начинает писать Мейн Кампф (первый том выходит в 1925 г.), соглашательская политика Штреземана, 1924 – план Доу, 1925 – Гинденбург, кандидат правых партий избирается президентом, амнистия Гитлера, 1925-1926 – перестройка НСДАП, 1927 – в Рейхстаге появляются 7 депутатов партии, 1927-1928 – новый Юнговский рапарационный план, 1929 – выступление против него в Рейхстаге НСДАп совместно со Стальгеймом, 1930 – Гинденбург получает полную власть, на выборах партия приобретает 107 мандатов, борьба против правительства Юрининга, 193- - полный экономический и финансовый крах, образование красного фронта и рост коммунизма, переизбрание Гинденбурга и Папен канцлером, н-с. Получают 230 мандатов, Гитлер требует диктатуру. 1933 – Гитлер назначен канцлером, роспуск Рейхстага, новые выборы, н-с. Полуают около половины голосов. 1934 – смерть Гинденбурга, соединение президентства и канцлерства в лице Гитлера (90% голосов) и Диктатура, унификация обществ военной жизни с нац.-соц. Движением, 1934 – закон о национальной организации труда.

Здесь я кончаю этот маленький исторический экскурс и возвращаюсь к первичному моменту создания идеологии н-с. и 25 пунктам программы партии, к конкретной политической и социальной программе н.с. В чем она состоит. Объединение всех немцев в велико-германском государстве, уничтожение условия Версальского и Сен-Жерменского мира, требование колоний, борьба против иностранного и еврейского засилья, уравнение всех граждан в правах и обязанностях, выдвижение понятия общественной пользы и общественного служения, понятия взаимообязанностей государства и граждан, ограничение капиталистических доходов, огосударствление трестов, участие рабочих в доходах крупных предприятий, соответственная земельная реформа и безвозмездное отчуждение крупной земельной собственности, социальное страхование, создание сильной центральной власти, корпоративно-сословного представительства, реформа немецкого права и т.д.

В 1922 году Розенберг издает свои комментарии к этим 25 пунктам, где он их развивает в стройную систему политического и социального мировоззрения. Уже тогда Розенберг определяет н-с. как веру в идеальные нравственные силы, как самосознание души немецкой расы самой себя и стремление ее к самоосуществлению в закономерности вечного жизненного процесса. Н.с. характеризует прежде всего чисто духовное понимание труда, как возложенной на человека обязанности, исполнение которой является высшим счастьем, и культ воли. Подобно Муссолини подчеркивает он все то же в противоположность материалистическому пониманию истории и жизни творческую роль личности как высшего проявления национального начала, а также задачу ведущей интеллигенции, ее возрождение путем втягивания в нее так называемых низших слоев народа. Тогда же дает он определение партии как движения, как сознательного лучшего меньшинства решающего судьбу народа (совершенно аналогично формулировке Муссолини).

На позднейших работах Розенберга, одного из главных идеологов н-с. движения я не буду специально останавливаться в сегодняшнем докладе – это завело бы нас слишком далеко. Я хочу лишь проанализировать ту сжатую философскую концепцию н-с., которую немецкая пресса, сильно на нее реагирующая определила как первую попытку дать философское обоснование немецкому н-с., как вехи нового мировоззрения, как фундамент для дальнейшей философской работы.

Эта попытка принадлежит д-ру Дитриху, рейхспрессу НСДАП, одному из ближайших соратников Гитлера, и относится к 1933-34 году. Лишь к этому времени, после периода длительной и ожесточенной борьбы, после победы и достижения власти, когда уже начинается осуществляться практическая конкретная программа, появляется у германского н-с., потребность осознать себя как новое мироощущение и новое эпохальное философское учение. Слишком много надо было бороться и работать, переустраивать жизнь на новых основах и тем доказывать их пригодность для того, чтобы строить цельную философскую систему. Новая Германия должна была сперва создать новые условия своего существования; эпоха духовного цветения наступает всегда позже.

Если Муссолини уже в 1921 году выставляет требование создания философии фашизма, то для германского н-с. подобное требование выставляется лишь в 1933-34 году. Муссолини считает фашизм явлением мировой духовной значимости, несмотря на специфичность его итальянских форм. Так и Дитрих видит в н-с. более чем европейскую духовную проблему, гигантский структуальный сдвиг, процесс преломления не только внутри отдельных народов, но также и в международных отношениях – в новом динамическом их переустройстве. Н-с. ввел снова в сознание народов или по крайней мере некоторых созревших уже для этого, непреложные законы самой жизни. Принципы н-с. имеют всемирное значение: поэтому немецкому духовному миру предстоят большие задачи не только по отношению к себе, но и к другим. Он должен сделать н-с. понятным другим народам – иному миру чувств и способов мышления, сообщить ему как бы международный язык, а посему дать ему строго очерченную ясную форму. То же требование выставляет и Розенберг в качестве уполномоченного партии по выработке мировоззрения: достигнув власти, говорит он, н-с. движение должно сосредоточиться на духовных обоснованиях своего мировоззрения, дабы единство мысли и действия было утверждено не только в настоящем, но и для будущего. Этот принцип цельности, единства мысли и действия является для н-с., как и для фашизма ядром учения. Происходит это оттого, что как говорит Дитрих, н-с. является прежде всего непосредственным жизненным переживанием, а не отвлеченной философской концепцией, переживанием, вытекающим из глубочайшей сущности человека, из сознания кровной связанности и единства, из повседневного жизненного опыта и работы в лоне национальной общины.

Идеал цельной и действенной человеческой личности, равно как цельное органическое видение и образ вселенной, того, что называется миром недоказуемого, не смог быть достигнут путем метафизического познания. Как рационализм, взывающий к духу, понимаемому как разум, так и сенсуализм, опирающийся на материю и ощущения, привели в последние годы к полному скептицизму, самоотрицанию философии. Опыт, восприятие мира, не дается голому отвлеченному мышлению, ни одному лишь чувственному восприятию: истинный путь лишь в сочетании обоих сторон, в цельности духа. На этом ощущении, на этом принципе, зиждется новая установка жизни. Жизнь и человеческое познание, которое всегда является отражением своей эпохи, находится в постоянном течении, постоянном изменении. Абсолютная правда лишь как бы маяк, мерцающий в бесконечной дали (совершенно так определяет и Муссолини смысл истории, как вечно текущей и останавливающейся жизни). Жизнь, ощущаемая как нечто целое, органическое, является основным источником познания. Жизнь может быть понята только жизнью и доказана только ею, или как говорит Гете: истина лишь то, что является плодотворным.

Единственно возможная философия – это философия жизни, философия чувства и воли, как это понимали Шопенгауер и Ницше, с одной стороны или как это определяли Кант и Фихте с другой. Фихте, апостол и пророк немецкой нации является одним из главных предков германского н-с. В его понимании «цельного» человека, в его лозунге не только думать, но и действовать, в его требовании, наконец, государственной организации труда. Кант со своей стороны осознал невозможность метафизики как знания, непознаваемость внутренней сути вещей для рассудка. Практический разум, т.е. веру и волю выдвинул он на первое место в человеческой жизни, и нравственный закон, категорический императив – чувство долга, повелевающее не делать другому того, что для себя считаешь злом. Поэтому в Канте Дитрих видит классическую формулировку н-с. этики. Кант, говорит Дитрих, со своим постулатом практического разума пришел к нравственному закону соборного начала и положил основание органическому цельному восприятию мира.

Однако после Канта произошел срыв: философия не пошла по пути, им предсказанном, она вся устремилась и уперлась в тупик индивидуализма, для которого оторванная от общего целого личность является мерой всех вещей, альфой и омегой всякой философии, познавательным центром, единственной неоспоримой действительностью и прочным пунктом в потоке явлений. Кризис современной культуры – это кризис индивидуалистической философии и теперь, когда человеческий дух стоит перед фундаментальной перестройкой общественной жизни, он должен снова поставить вопрос о сущности мира, произвести духовную переоценку ценностей. Мы стоим на грани двух эпох, которые провела война и н-с. революция. Новая ориентировка жизни ведет к соборному общинному началу: в этом смысле должна переориентироваться философия и наука. Для индивидуалистического способа мышления единичное сознание является единственно данным фактом, который противопоставляет себя миру и философия делается практически неограниченным полем метафизической спекуляции, не в состоянии воспринять конкретность и цельность жизни.

Для органического универсалистского мышления человек немыслим как нечто изолированное, а лишь как член общины, в которой осуществляется его жизнь, вне которой он немыслим. Понятие соборности определяет весь смысл и ход истории и культуры. Настоящими реалиями являются не отдельные люди, а расы и народы. Это основное положение, которое в конце концов обосновывается часто биологическим путем, должно сделаться исходным пунктом теории познания, философии и отдельных наук. Нельзя поэтому говорить тоже о какой-то отвлеченной мировой истории или истории человечества вообще: существуют, как говорит Розенберг, истории различных рас и народов и их взаимного духовно-расового антагонизма. Это было утопией 18 века, по словам Розенберга, что все де народы стремятся к одному и тому же и по существу одинаковы. Потому на первом плане должны стоять вопрос и учение о расе (интересно, что фашизм не подчеркивает, в отличие от н-с., идею расизма и считает, что не раса и не географическая область, а непрерывное общее географическое развитие объединяет множество в идею, которая является обоснованием воли к существованию и власти. Этой как бы большей духовностью фашизма обосновывается и его отношение к религии, которую он считает своим необходимым дополнением. Н-с. заявляет о своем полном индифферентизме в этом отношении, а Розенберг например говорит о том, что нравственность обуславливается исключительно моментом и требованием расы ). Осознание своей расовой души, ее биологических корней, ее внутреннего ядра, которое отличается иррациональным восприятием мира, действующими силами которых являются инстинкт и интуиция – полное раскрытие и осуществление этой души – корня всей немецкой культуры – вот задача немецкой современности с одной стороны.

С другой – это вытекающие из этого сознания требование воспитания в членах германского народа, чувства общности и сопринадлежности. Этим принципом н-с. определяются задачи отдельных наук и их структура, метод и направление. Наука свободна лишь постолько, посколько она движется в границах, поставленных нам самой природой, предопределившей нас к общинно-соборной жизни, посколько она лежит в одной плоскости с жизнью нации и основами ее бытия.

В связи с этим Дитрих пытается определить понятие свободы человеческой личности вообще как гармонии индивидуального и общего начала. Фашизм, говорит Дитрих, сделал не совсем удовлетворительную, скорее механическую попытку примирения обоих начал в корпоративизме. Н-с. дает более глубокое органическое решение. Народ – это единственное органическое целое, индивидуум существует лишь через него, и из него выводит свою личную свободу. Н-с. ставит требование свободы личности в интересах совершеннейшего развития общества, внутри которого личность может осуществлять себя творчески. От природы нам не дана индивидуальная свобода, а сознание соборности, общности, сознание долга по отношению к целому. Свобода личности, это свобода творящего в этом смысле и направлении человека. Творчество мыслимо только в соборности: это и есть гармония личной воли и обязанностей в отношении целого, вытекающее из понятия соборности.

Во всяком случае, говорит Дитрих, ход мировых событий и судьба народов определяется идеями, творцом которых является личность. Так из творческого гения одного родилось это миросозерцание, в миллионах вырос посев, сделался действительностью в созревании нации в народ.

Еще в 1922 году Розенберг написал, что вождем немецкого народа будет тот, кто вознесет его на высоту, что спор о политической форме не имеет никакой ценности и что политическая форма лишь средство для обеспечения интересов и чести народа (подобным образом провозгласил Муссолини, что фашизм преодолел противоположение республики и монархии, на которых играла прежняя демократия).

В личности вождя Адольфа Гитлера германский народ обрел себя, немецкая душа вновь себя нашла в н-с. мировоззрении. В Гитлере соединился художественный и умозрительный элемент немецкого духа и нечто органическое и таинственное, в творческую силу в Гитлере соединяет прозрение сущности и закономерности вещей и пророческий инстинкт с дерзновенным и правильно-предугаданном действием.

<…> германскому духу новые пути к светлым высотам, направляет творческие силы германской души для нового цветения на обновленной духовной почве. Для того, чтобы захватить весь народ, духовное развитие требует известного времени, но старая философская традиция Германии обязывает и в то же время дает залог для предстоящей творческой работы. Резюмируем теперь на основе вышесказаного основные положения философского миросозерцания германского н-с.: это культ динамического начала и энергии, провозглашение первенства веры и воли нал рассудком, для которого недоступна и конкретность мира и жизни; это культ полной живой и действенной человеческой личности, творчество которое может осуществляться лишь в лоне соборного начала народной жизни и традиции. Мировоззрение, которое совпадает с основными положениями философии фашизма и с программой мировоззрения Российского национального и социального движения. Глава о культуре программы РНСД, вытекающая логически из двух предыдущих глав о личности и об обществе, отвергает принципы старого рационализма, ставящего на место конкретной живой творческой разности и неповторимой личности отвлеченного человека вообще, утверждает (в противоположность к материалистическому пониманию истории, усматривающему в последней лишь борьбу классов и изменения способов производства, при чем человеческая личность является лишь статистом) гармонию этой личности и общества в идеях служения, в соборном начале народности – личности многочеловеческой, самобытной и неповторимой – единственном источнике культуры, носительницы исторической народной традиции, связанной с кровью и почвой.

Если германский н-с. ищет духовных предков своего миросозерцания и своей философии, то и мы можем апеллировать к ней на ней строить идеологический базис.

Идея соборности, соборного начала есть прежде всего русская идея, свойственная наиболее русской духовной структуре, идея, которую – взявши этот термин из русского церковного языка – развивали наши славянофилы, в особенности Хомяков, противопоставляя ее западно-европейскому индивидуалистическому началу. Я не говорю здесь, конечно, о совершенно несостоятельном с точки зрения науки тезисе русской общины, как коллективистической хозяйственной форме. Речь идет о своеобразном чисто духовном русском коллективизме, в котором понятие личной свободы и творческой индивидуальности получают лишь более прочное обоснование.

Если для славянофилов – возьмем хотя бы формулировку Самарина – общинное начало было основой всей русской истории, а общинный быт высшим актом личной свободы и осознания, самоотречения, примирением личности с обществом, то в конце концов и в этой формулировке мы можем усматривать не то чтобы исторически правильно устанавливаемый факт, а прежде всего идеологический тезис, важный для нашего будущего. Ведь известная философии история, тот смысл который мы вкладываем в прошлое, являясь плодом своей эпохи, в тоже время влияет на дальнейшее историческое развитие.

У Хомякова, о котором сказал Самарин, что это личность в своем роде единственная в России по единству мышления и хотения и оригинальное, небывалое в России явление полнейшей свободы в религиозном сознании, мы находим учение о соборном начале как о совокупности мышления, связанных любовию, которой доступна истина, недоступная для отдельного мышления. Этой совокупностью для него является Церковь, понимаемая им в необыкновенно широком и идеальном смысле, так как для Хомякова областью творчества веры являлась личная совесть, ее свободное побуждение, подвиг воли. Хомяков же создал учение о вере как о воле и о любви, как о способности разума воспринимать непосредственную действительность, как в области предшествующей логическому сознанию и наполненной сознанием жизненным, как о сознании живом, внутреннем, который он называет зрячестью разума.

Это учение развивал уже в 30-х годах Иван Киреевский, так остро ощутивший философскую проблему России – Европа. Для отвлеченного логического мышления, отделенного от других познавательных сил души, говорит Киреевский, существенное недоступно. Вера обнимает всю цельность человека, стремиться собрать все отдельные части души в одну силу, восстановить личность человека в ее первозданной неделимости, где все отдельные силы сливаются в одно живое и цельное зрение ума, для которого доступно постижение высшей истины.

Если будет когда-либо существовать самобытное русское мышление, говорит Киреевский, то эта особенность определит его господствующее направление, прибавляет он: весь смысл в том, что философия должна перейти в живое убеждение, ибо (это самая интересная формулировка) все существенное в человеке вырастает в нем только общественно.

Как совершенно в духе философии фашизма и н-с. звучат эти русские слова, сказанные 100 лет тому назад… Как парадоксально, что Запад, который по мнению Киреевского разрушил многовековым логическим анализом коренные начала своего просвещения, возвращается к тому пункту, который ему указывал Киреевский: к философии практического разума Канта, к философии нравственно-социальной солидарности, учению о цельном человеке, о живом внутреннем знании и о соборном начале.

Без внутреннего единства и цельности, раздробляя дух на функции, не удастся воспитать крепкого и цельного человека , годного для подвига жизни, как в духе той же современной философии звучат слова славянофилов и одного из наших крупных деятелей Самарина… Им равно программой нашего будущего звучат его слова о народности мысли, о ее назначении и философии и науке. В истории, говорит он, общечеловеческие начала проявляются лишь в народной среде, история совершается через народность, движется совпадением народности с высшими требованиями человечества. Каждый народ должен себя осознать, раскрыть и определить.

Славянофилы поставили острием вопрос о специфичности русского мышления и о его задачах. Мне кажется, что этот вопрос приобретает животрепещущий интерес на фоне идеологических и социальных сдвигов на западе. Может быть, некоторые проблемы, которые были когда-то затронуты славянофилами, начинают получать свое разрешение в наши дни. Говорим ли мы здесь об аналогиях и параллелях, еще более может быть уместно говорить о пророчествах.

Столь своеобразная фигура так называемого последнего славянофила К. Леонтьева получает теперь совершенно необыкновенное освещение. Я не знаю в истории русской мысли гения, равного по оригинальности, яркости, силе и прозрению. Некоторые его формулировки, его теория вождизма, его культ государственности, культ внутренней силы и дисциплины, крепости организации, его разрушающая критика религии, общего блага и прогресса, эгалитарно-либерального разложения цивилизации, его пророчество грядущего корпоративно-сословного порядка и легально-насильственного разрешения властью аграрно-рабочего вопроса звучат теперь более чем актуально. Некоторые фразы, написанные в 80-х годах прошлого столетия, как будто взяты из доктрины фашизма. Предвосхищение Леонтьевым основоположений евразийства, его взгляды на взаимоотношения России и славянства, России и Германии, России, Франции и Англии просто потрясают в настоящий момент своим пророческим духом. Есть у Леонтьева места, где он прямо предсказывает современные идеологические и социально-политические сдвиги. Все его мироощущение дышит каким-то предчувствием современности.

Леонтьев для русской общественности и русской мысли, так мало его в сущности знавшей и еще меньше понявшей, являлся величайшим консерватором… Как это кажется трагически забавным теперь, когда понятия революционности и консервативности принимают совершенно обратный смысл и когда в сочетании этих двух понятий отнюдь не приходится усматривать парадокс. Не знаю насколько я права, но мне кажется, что видит ли германский н-с. в лице Фихте и Ницше своих апостолов и пророков, мы сможем обрести такого прежде всего в лице Константина Леонтьева.

Поэтому ему и может быть в известной мере предшественнику Данилевскому, автору «России и Европы», я посвящу свой следующий доклад.

Н. Ястребова.

Источник: Библиотека Российского Национального и Социального Движения. Выпуск №6. Прага 1942 г.
(ГАРФ, Р-9145, Опись 1, Дело 835, листы 116-135)


Упомянутая в докладе книга Отто Дитриха "Философские основы национал-социализма" доступна здесь - http://nsl-archiv.com/Buecher/Bis-1945/Dietrich,%20Otto%20-%20Die%20philosophischen%20Grundlagen%20des%20Nationalsozialismus%20(1934,%2034%20Doppels.,%20Scan).pdf
 
Tags: библиотека
Subscribe
promo rus_vopros september 1, 2016 14:25 2
Buy for 100 tokens
НАРОДНАЯ МОНАРХИЯ, в 5-ти частях часть 1 https://www.youtube.com/watch?v=_WdHPM-2dfI часть 2 https://www.youtube.com/watch?v=hgpZmCy1k-4 часть 3 https://www.youtube.com/watch?v=jKQrrIC0-sY часть 4 https://youtu.be/yndaF4mHaao часть 5…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments